Денис Чесноков

Кота на станции Лужки знали все, кто ездил утренней электричкой. Серый, с тёмными полосками. Он садился на край второй платформы каждое утро и смотрел на пути в ту сторону, откуда приходил поезд. Никто не знал, чей он. Кассирша Валентина Петровна звала его Серый, дежурный по станции звал Полосатым, а мальчишки с соседней улицы кричали ему «Эй, вокзальный». Кот не отзывался ни на одно имя. Он просто сидел и ждал. Утренняя электричка приходила в шесть пятьдесят две. Двери открывались, люди выходили, кто–то смотрел на кота, кто–то нет. А он провожал каждого взглядом, будто проверял. И когда последний пассажир сходил на платформу, кот опускал голову и уходил под лавку, где у него была картонная коробка с тряпкой. Валентина Петровна иногда пускала кот в кассу погреться. Кот заходил, садился у обогревателя, но утром всё равно просился наружу. Скрёбся в дверь, мяукал хрипло. И Валентина Петровна открывала, потому что понимала: ему надо к электричке. Он кого–то ждал. Кого, она не знала. Платф