Валера Исупов

Дело № 311. Начато 14 декабря 1942 года. Окончено 30 декабря 1942 года. Причина не установлена. Лейтенант Григорий Белых, оперуполномоченный особого отдела стрелковой дивизии, впервые услышал про бабку Акулину от начальника штаба полка. Тот сказал это за ужином, в землянке, между двумя кружками кипятка, как говорят анекдот. – У нас тут, Белых, своя ворожея завелась. Бабка из Сосновки. Говорит, немцы завтра в шесть утра прилетят. Девять самолётов. Я своих адъютантов отругал: нечего, говорю, по погребам старух слушать. А они ходят. Шепчутся. Белых тогда посмеялся вместе с ним. Дивизия стояла под Великими Луками, в обороне, второй месяц. Сосновка была сожжённой деревней в трёх километрах от передовой: двенадцать печных труб посреди снега, колодец с журавлём и один погреб, в котором жила старуха. Одна. Остальных угнали в сорок первом или они ушли сами. Утром, ровно в шесть, над Сосновкой прошли девять «юнкерсов». *** Они бомбили не Сосновку. Они бомбили лес в километре от неё, где ещё вчер

Август 1944 года. В Брянском лесу один за другим бесследно исчезают советские дозоры: опытные бойцы погибают без единого выстрела, а на телах не находят следов борьбы. Расследование поручают офицеру СМЕРШ Сергею Ковалеву, который быстро понимает: враг не пришел из-за линии фронта — он уже находится среди своих. Неуловимая «Пантера» знает маршруты патрулей, опережает каждый шаг контрразведки и безжалостно устраняет свидетелей... Брянский лес. Четыре утра. Двадцать второе августа 1944 года. Капитан Ковалев шел по опушке уже десять минут, и с каждым шагом ему становилось все холоднее. Этот холод исходил не от утреннего тумана, стелившегося по траве белесыми полосами, а от того, что он видел перед собой. Семеро бойцов лежали в точном порядке, застывшие так, как их застало утро. Двое у березы, один на боку в папоротнике, четверо по краю просеки. Это был дозор: опытный, хорошо вооруженный, с радиостанцией и боекомплектом на двое суток. Ни одной гильзы. Ни следа борьбы. Ни единого выстрела. Э