виктор грузинов

Вопрос звучит почти технически, но упирается прямо в Символ веры. Человек думает о посмертном донорстве: сердце, почки, печень, ткани могут спасти кому-то жизнь. И вдруг вспоминает: «Чаю воскресения мертвых». А как же воскреснет моё тело, если часть его к тому времени окажется в теле другого человека? Чьё, простите, будет сердце при всеобщем воскресении? И вот здесь удивительно: Русская Православная Церковь этот вопрос не обходит. В «Основах социальной концепции» рядом стоят две мысли, которые на первый взгляд могут показаться несовместимыми. Первая: Церковь действительно исповедует телесное воскресение умерших и поэтому относится к телу покойного с почтением. Вторая: посмертное донорство органов и тканей может быть проявлением любви, продолжающейся и после смерти. При этом оно не является обязанностью: речь идёт о свободном, добровольном даре человека. То есть ответа «нельзя, тело должно лежать в могиле полностью» у Церкви нет. Но тогда куда девается проблема целостности? А она исчез