ДеньгиАктив Кетово

Я до сих пор отчетливо помню это ощущение у советского табачного киоска. Подойдешь к окошку, выложишь на тарелочку мелочь и произнесешь фразу, которую ни один иностранный переводчик в мире не истолковал бы правильно. В быту официальные названия с картонных этикеток мгновенно уступали место метким народным кличкам. И это был не сухой сленг, а живой фольклор, рождавшийся в заводских курилках, студенческих общежитиях, казармах и на пляжах. Главная загадка советского табачного мира заключается в том, почему у обычных пачек возникало столько неофициальных имен. Когда сегодня пытаешься осмыслить это языковое многообразие, приходишь к пониманию главного факта. Никакого единого общесоюзного словаря сигаретных прозвищ никогда не существовало. Наш табачный жаргон был исключительно гибким, подвижным и локальным явлением. В одном городе сигареты переиначивали в грубоватую рифму, в соседней области их называли по рисунку на упаковке, а в военном гарнизоне за сотни километров бытовала совсем другая