Вера Герман (Эйрих)

— Танька! Тань, ты только не пугайся… там твой Витька чемоданы навострил! — влетела в деревенский магазин тётя Клава, тяжело переводя дыхание. Щёки у неё пылали, платок съехал набок, а глаза были круглые от волнения, будто в деревне не муж от жены уходил, а случился настоящий пожар. Таня в этот момент стояла за кассой и пересчитывала мелочь после утреннего наплыва покупателей. От неожиданного окрика она дёрнулась так резко, что несколько монет со звоном раскатились по прилавку. — Какие ещё чемоданы? — растерянно переспросила она, поднимая глаза. — теть Клав, ты о чём? Он же на работе сегодня. С утра уехал, сказал — до вечера. — Да какой там на работе! — всплеснула руками соседка. — Я своими глазами видела. Иду от огорода, а он возле вашей калитки топчется. Два чемодана, рюкзак, удочки свои старые прихватил… Я ему: «Витя, ты куда это?» А он только рукой махнул и молчит. Ты бы домой сбегала, Танюш. Нехорошее у меня предчувствие. Последние слова Таня уже почти не слышала. Сердце вдруг тре