Геннадий Сухум

— Не стреляйте, я генерал Власов! Так, по немецкому рапорту, прозвучали первые слова командующего 2-й ударной армией в избе деревни Туховежи 12 июля 1942 года. А двумя месяцами раньше, в трёхстах километрах южнее, командарм-33 Михаил Григорьевич Ефремов передавал офицеру связи совсем другую фразу о том, что командовал войсками в окружении и останется со своими бойцами, чем бы ни закончилось. Две армии, два генерала, одна весна, и две разные судьбы, которые до сих пор не дают покоя историкам. Зима 1942-го была для Ставки временем большой надежды и одновременно большой беды. Контрнаступление под Москвой выдыхалось, а замах у Ставки оставался всё тот же, прежний. Нужно было добить группу армий «Центр» и попутно прорвать блокаду Ленинграда. Жуков гнал на Вязьму всё, что под руку попадалось. Семнадцатого января комфронта приказал Ефремову, который только что отбил у немцев Верею, идти дальше, уже на саму Вязьму. Дивизии 33-й были измотаны до предела, по двести-триста «штыков» вместо шта