Наталия Молчанова

16 сентября 2009 года. Калифорния. Парк развлечений Knott’s Berry Farm. Здесь работал Xcelerator — аттракцион, который запускал поезд с нуля до 132 км/ч всего за 2,3 секунды. Люди шли сюда именно за этим рывком. За ощущением, что тебя буквально выстреливают вперёд. Тысячи запусков. Сотни людей каждый день. И каждый старт выглядел одинаково. В тот день в первый ряд сел 12-летний Кайл Уилер вместе с отцом. Первый ряд — самый желанный: впереди нет ничего, только рельсы и скорость. Поезд замирает на старте. Запуск. Вагон выстреливает вперёд. Крики. Аплодисменты с платформы. Проходит четыре секунды. И в этот момент стальной трос разгона, который тянет поезд как катапульта, обрывается. На скорости свыше 130 км/ч это не просто поломка. Металл срывается назад по линии запуска и летит прямо в первый ряд. Пластик переднего вагона трескается. Удар приходится в ноги пассажиров. Металл проходит по голени мальчика. Его отца задевает обломками в лицо и спину. Поезд резко тормозят. Люди на платформе ещё не понимают, что произошло. С земли мать видит, как сотрудники бегут к поезду. Кайла срочно везут в больницу. Несколько операций. Глубокие раны ноги. Долгая реабилитация, прежде чем он снова сможет нормально ходить. Позже расследование покажет: технические проверки проводились реже, чем рекомендовал производитель оборудования. Аттракцион закрывают почти на год. Но есть деталь, которая заставляет задуматься. Xcelerator не считался аварийным. Он работал каждый день. Он проходил проверки. Он запускал поезда снова и снова. До одной секунды. Когда поезд разгоняется до 132 км/ч, у пассажиров нет второго шанса. Есть только уверенность, что всё проверили.