Вера Шмелева

15 февраля 1989 года генерал-лейтенант Борис Громов, последним из советских военнослужащих перейдя мост Дружбы через Амударью, произнес фразу, ставшую исторической: «За моей спиной не осталось ни одного советского солдата». Он говорил правду — но не всю. За его спиной, в афганских горах и кишлаках, оставались сотни наших соотечественников. Тех, кого в официальных сводках именовали «невозвращенцами». По данным Российского Союза ветеранов Афганистана, на момент вывода войск в плену у моджахедов находилось 417 советских военнослужащих. Из них 64 человека приняли ислам и перешли на сторону противника. Их история — не просто трагическая страница войны, но и сложный психологический, социальный и культурный феномен, последствия которого ощущаются до сих пор. Причины, побуждавшие советских солдат к невозвращению, были различны. Одни перебегали к врагу сознательно — из-за царившей в частях дедовщины, физических и моральных издевательств. Другие дезертировали по идейным соображениям, разочарова