Евдокия Курочкина (Малахова)

- Анечка, голубушка, я все! - провозгласила Татьяна Алексеевна с порога. - Пока до вас добралась, чуть богу душу не отдала… Фух… Ну, с наступающим! - Спасибо… И вас тоже, - сказала я, отступая в сторону. Она решительно прошла на кухню и выгрузила на стол принесенную с собой снедь - селедку под шубой и какие-то салаты. Тридцать первое декабря. Три часа дня. На кухне в духовке томился гусь, а я только что закончила нарезать «Оливье», когда раздался звонок в дверь. Я никого не ждала в этот час, и приход мужниной родной тетушки, которую мы не приглашали, был внезапным. - Где Зоя? - поинтересовалась она. - Я ее везде ищу. Она телефон не берет… Она тебе не звонила? - Зоя Павловна еще не приехала, - сказала я, и это была чистая правда, потому что свекровь обещала быть к восьми. Татьяна Алексеевна прошествовала в комнату и рухнула на диван с таким видом, словно только что пересекла Сахару пешком, а не проехала три остановки на троллейбусе. - Сердце, - простонала она, почему-то прикладывая руку