Павел Евсиков

Шашка на стене висела лезвием вверх. Обух – вниз. Так было принято. Так велел обычай. В казачьем курене это оружие занимало место почётнее икон – по крайней мере, для мужской половины дома. Говорили: ‘Хоть из дерева шашку сделай, а на стену повесь’. И вешали. И не просто вешали – берегли как родовой герб, как голос предков, как обещание, данное тем, кто ушёл. А потом пришло время, когда за такую шашку на стене могли расстрелять. Казачья шашка – оружие особого рода. Не сабля. Не меч. Не кинжал. Слово ‘шашка’ пришло из черкесского языка и переводится просто – ‘длинный нож’. Но в руках казака этот ‘длинный нож’ превращался в нечто большее. В 1881 году Россия провела реформу холодного оружия. Шашку единого образца приняли на вооружение для всех казачьих войск и офицеров армии. Клинок длиной 870 миллиметров, общая длина – чуть больше метра, вес – около 800 граммов. Лёгкая. Быстрая. И страшная в ударе – центр тяжести смещён к острию, так что рубящий удар получался как топором. Фехтовать ею б