Наталья Филиппова(Гавва)

«Она же только недавно было в порядке», «Он меня ужасно злит, и мне стыдно», «Да она над нами издевается»… Старческая деменция — это тяжелое испытание не только для самого пациента, но и для его близких и родственников. По мере прогрессирования деменции человек теряет свои знания, навыки, воспоминания, саму личность, способность к самообслуживанию, поэтому на семью ложится колоссальная нагрузка. Главный врач нашей клиники, психиатр и психотерапевт Василий Шуров объясняет 9 правил общения и заботы о пациенте с деменцией. Мы знали и уважали человека всю свою жизнь, он был для нас авторитетной фигурой, совсем недавно его мышление было полностью ясным. И вдруг человек начинает вести себя странно. Это может вызывать удивление, озадаченность, страх, раздражение и даже злость. Да что на него нашло? Да что она вообще говорит? Именно поэтому близким родственникам пациента с деменцией крайне важно узнать как можно больше об этом нарушении. Мы знаем, что деменция — это приобретенное слабоумие. У

«Она же только недавно было в порядке», «Он меня ужасно злит, и мне стыдно», «Да она над нами издевается»… Старческая деменция — это тяжелое испытание не только для самого пациента, но и для его близких и родственников. По мере прогрессирования деменции человек теряет свои знания, навыки, воспоминания, саму личность, способность к самообслуживанию, поэтому на семью ложится колоссальная нагрузка. Главный врач нашей клиники, психиатр и психотерапевт Василий Шуров объясняет 9 правил общения и заботы о пациенте с деменцией. Мы знали и уважали человека всю свою жизнь, он был для нас авторитетной фигурой, совсем недавно его мышление было полностью ясным. И вдруг человек начинает вести себя странно. Это может вызывать удивление, озадаченность, страх, раздражение и даже злость. Да что на него нашло? Да что она вообще говорит? Именно поэтому близким родственникам пациента с деменцией крайне важно узнать как можно больше об этом нарушении. Мы знаем, что деменция — это приобретенное слабоумие. У