владимир скородумов

НАГЛОСТЬ НЕДОБИТКОВ

На этом снимке 1998 года — недобитые норвежские эсэсовцы у памятника своим сослуживцам, погибшим во время блокады Ленинграда. Красное Село (Ленобласть, территория церкви А. Невского [«Синей церкви»]). Это не воинское захоронение, под камнем никто не погребён - это, по сути, именно памятник эсэсовцам.
Надпись на эсэсовском камне в Красном Селе: "For Fred og Forsonning" - "За мир и примирение" по-норвежски.
Открыт и освящён 23 августа 1998 года настоятелем местной церкви Евгением Ефимовым по предложению и в сотрудничестве с норвежскими ветеранами СС, и за их средства (при этом в Норвегии ЗАПРЕЩЕНО официально устанавливать какие бы то ни было памятные знаки в честь добровольцев СС, и организации недобитков сооружали импровизированные мемориалы тайно в самой труднодоступной глуши, и никогда не оглашали мест этих капищ: максимум - фото без геолокации). А на небольшом отдалении от церковного участка с монументом нацистам (но уже за пределами церковной ограды) находится Памятник узникам фашистских концлагерей...
Попа Ефимова (1924 - 2012 гг.), у церкви которого установили капище эсэсовцам, можно было бы квалифицировать как вполне сознательного врага: в 1937 году с репрессированной семьёй был выслан на Кольский полуостров, но к 1941 году уже смог вернуться в Ленобласть, где дождался оккупантов, после чего и служил пономарём и старостой церкви, примерно в том самом районе, где орудовали скандинавские эсэсовцы. Не исключено, что инициаторов установки памятника он знал ещё с тех пор.
В 1943 году прошёл «богословско-пастырские курсы» в Вильно (чему и кто его учил в глубине оккупированной территории - хороший вопрос, но что-то подсказывает, что "духовное образование" было отнюдь не в партизанском крае). Что не помешало ему в последующем "под игом кроваворежимных коммунистов" закончить в 1949 году Ленинградскую духовную семинарию, а в 1971 году - Ленинградскую духовную академию (названия звучат гротескно).
Когда же наступили "перестройка" и ельцинское смутное время, настала пора реванша для Ефимовых и им подобных. Как писали на форумах, во время проработки установки памятника эсэсовцам под Ленинградом, Ефимов, помимо прочего, ездил за границу на деньги тех самых эсэсовских недобитков - "согласовывать проект".
Разглагольствовал в местной прессе, что к нему тянутся люди, потому, что он "знает историю" ("К старым священникам вообще тянутся, потому что они знают историю, знают, что пережил русский народ"). "Истории" эти, наверняка, были коричневого оттенка.
Старый прихвостень недобитых нацистов умер в 2012 году – очень символично: точно 9 мая. На Ленинградском фронте в 1942-43 годах погибло около 50 норвежских эсэовцев.
В конце февраля 1943 года норвежские легионеры были выведены из СССР в учебный лагерь Графенвёр в Германии, откуда не желавшие продлевать контракт вернулись в Норвегию (некоторые – как охранники концлагерей), а оставшиеся переведены в дивизию «Нордланд».
Среди недобитых нацистских упырей, организовавших установку камня - один из бывших легионеров СС Эйвинд Сакслунд. Он вступил в нацистскую партию Квислинга еще до войны, а в 1940 году (сразу после нападения Германии на Норвегию) продлил свое членство. Потом он лицемерно заявлял, что сделал это с целью «содействовать тому, чтобы страна получила национальное правительство, которое смогло бы защищать наши интересы от оккупантов». «Содействовал» он, правда, на Восточном фронте: он записался в Waffen SS, принял участие в блокаде Ленинграда.
Когда в 1943 году Норвежский легион расформировали, Сакслунд перешёл в 23-й Норвежский батальон СС (23. SS Panzergrenadierregiment “Norwegen”) дивизии СС «Нордланд» («Северная земля»), который участвовал в боях в Прибалтике, а также в финальной битве за столицу Рейха – Берлин.
После войны, отсидев срок за измену, Сакслунд получил юридическое образование, стал работать на госслужбе в норвежском Минфине, откуда и ушёл на пенсию с поста директора – по сути, министра финансов респектабельной «демократической» страны.
Он никогда даже не пытался скрывать свое членство в нацистской партии Квислинга, и использовал все возможности, чтобы реабилитировать и партию, и её главу. Он активно работал в информационной сети бывших эсэсовцев (Kameradenwerk Korps Steiner), был одним из руководителей организации бывших эсэсовцев «Помощь инвалидам войны», активно работал в норвежской организации старых нацистов «Институт истории оккупации Норвегии» (“Institutt for Norsk Okkupasjonshistorie”, сокращенно INO).
Вывод: Возможно, действительно нельзя вечно ненавидеть мёртвых врагов. Однако данный случай явно выходит за рамки допустимого, и дело даже не столько в погибших эсэсовцах, участвовавших в блокаде Ленинграда, сколько в поразительной наглости выживших, подобных палачу Хатыни Васюре, пытавшемуся выставлять себя ветераном войны и "жертвой сталинизма".