Олег Чупров

Статья – крик души… С чем сейчас ассоциируется Китай? В первую очередь – с товарами массового потребления: одеждой, обувью, бытовыми изделиями и электроникой. К этому списку стоит добавить легковые и грузовые автомобили, автобусы, строительную технику, станки, гидравлику, высокопрочные стали и даже такие мелочи как гвозди. Современный Китай – это яркий образ того, каким мог бы быть СССР, если бы он сохранился и дальше развивался социализм. А с чего всё началось? Давайте разбираться вместе. За последние 30 лет, пока мы теряли созданный предыдущими поколениями научный и промышленный потенциал, в Китае произошло настоящее экономическое чудо – и, конечно, не само по себе. В первые годы после Второй мировой войны КНР активно получала техническую помощь от Советского Союза, а конкретно от товарища Сталина. По советскому примеру, экономика Китая тоже развивалась 5-летками. Именно СССР помог Китаю заложить основы автомобильной, тракторной, станкостроительной промышленности, строительного и дор

Мой отец не был слабым человеком. Я хочу начать именно с этой фразы, потому что весь смысл этого текста построен вокруг неё. Он тридцать лет спускался в шахту, поднимал троих детей, чинил соседям машины по выходным бесплатно, просто потому что умел и мог. А потом, когда мне было четырнадцать, шахту закрыли — и через три года его не стало. Не от несчастного случая под землёй. От того, что осталось после того, как шахта закрылась навсегда. Я выросла в шахтёрском посёлке в Кузбассе, и хочу рассказать, что реально происходит с людьми и целыми городами, когда закрывается единственное предприятие, которое держало на себе всю жизнь вокруг. Шахта — это не просто работа. Это было ядро, вокруг которого крутилось абсолютно всё. Отец шёл в забой, мать работала в шахтовой столовой, дядя — на обогатительной фабрике, сосед — водителем, который возил уголь. Шахта платила зарплаты, шахта строила дома, где мы жили, шахта содержала дом культуры, куда мы бегали на кружки, шахта финансировала детский лагер

Умирают деревни тихо, Зарастают бурьяном дворы И не слышно веселого крика Босоногой смешной детворы. И стоят сиротливо избенки В полушалках изношенных крыш, Кособокие, как старушонки, Сторожа безмятежную тишь В. Г. Младенцева Проблема российской деревни — это очень больная тема, которая звучит как приговор. Статистика неумолима: ежегодно с карты страны исчезают тысячи сёл, рождаемость упала до критических 1,46 ребёнка на семью, а отток молодёжи в города продолжается уже несколько поколений. На первый взгляд, диагноз кажется окончательным: ресурс деревни исчерпан, она обречена на медленное вымирание и превращение в дачную декорацию для горожан. Однако сводить эту сложную картину к одной лишь демографической катастрофе было бы неверно. За фасадом официальной статистики скрывается более глубокий и неоднозначный процесс, который можно назвать «тихим поворотом к земле». Губительная политика Глубокие раны деревне были нанесены в советскую эпоху реформами Никиты Хрущёва. Эта эпоха, час

Среди заброшенных и затерянных посёлков Урала тянется самая длинная узкоколейная железная дорога России. Она проходит там, где нет обычных дорог, и куда не добраться на машине. Я отправлюсь на самодельной дрезине по этой железной дороге, чтобы встретить последних жителей этих мест. Мы провели тут 10 дней в полном отрыве от цивилизации без электричества и связи, чтобы погрузиться в незабываемый мир, где человек лишь гость, а правила диктует тайга. Приятного чтения! Наш путь из Москвы лежал в город Алапаевск, что на Урале. Поездка была спонтанной, поэтому самым оптимальным вариантом было поехать на Ниве. Тем более, количество вещей у нас было просто огромное. Нам предстояло преодолеть почти 2.000 км дороги. Чтобы не сойти с ума и просто не заснуть, мы менялись за рулём каждые 5 часов. Наша цель в этот раз - посетить деревни, в которых не удалось побывать в прошлой поездке. Это Строкинка и Муратково, и ещё несколько других деревень, которых на карте уже нет. Добираться в этот раз мы буде

Глубоко в тайге мы нашли настоящий край брошенных деревень... Это место когда-то было целым автономным миром, здесь были свои аэродромы, подвесные мосты и молочный завод, известный на весь Советский Союз. И сейчас всё это полностью брошено. Здесь остались сотни нетронутых домов, которые выглядят так, словно их покинули буквально вчера. А вокруг десятки километров дикой природы, где не встретишь ни одной живой души. И здесь, несмотря ни на что, всё еще живут последние жители. В этот раз на самодельном вездеходе я пройду больше 80 километров некогда богатого сельского края. Приятного чтения! Сегодня мы продолжим путешествие по деревням, которые находятся на границе Ярославской и Вологодской областей. В прошлый раз мы с Геной преодолели около 30 километров пешком, не потому что так хотели, а потому что даже на подготовленной машине туда просто невозможно проехать. Дороги представляют собой полнейшее бездорожье! Тогда мы увидели лишь малую часть этого забытого края, и я пообещал вернуться