Таня Козлитина

С XVI века на Дону сложилась традиция, которая может показаться парадоксальной: казаки, верные защитники православия и пограничья Русского государства, охотно брали в жены женщин-мусульманок. Турчанки, черкешенки, татарки, персиянки становились матерями казачьих детей, хранительницами куреней и — что удивительно — творцами той самой самобытной казачьей культуры, которую мы знаем сегодня. Почему так происходило? Первые казаки, появившиеся на Дону в середине XVI века, были людьми бездомными и безбрачными. Походы, опасности, вольница — всё это не располагало к обзаведению семьей. Но когда полукочевая жизнь сменилась оседлой, когда на берегах Дона выросли курени, потребность в жене стала насущной. Казак уходил на службу, часто надолго. В его отсутствие хозяйство и дети оставались на женщине. Она должна была быть не просто красавицей, а настоящей хозяйкой: опрятной, воспитанной, здоровой, способной справиться с домом в одиночку. Где же взять такую? Ответ казаки нашли в своих же военных тро

Он – привлекательный мужчина 29 лет и успел дважды побывать в браке, стать отцом троих дочерей и даже дедом очаровательной внучки. И когда он говорит, что она родилась с золотой ложкой во рту, даже не шутит. Однако Максим Дица – цыган вовсе не типичный. Он работал в семейном строительном бизнесе, но позже внезапно занялся моделингом, а теперь стал владельцем двух баров. И вот странное дело, кражами коней и детей он не промышляет и золотые цепи не носит, хотя любовь к драгоценному металлу впитал с молоком матери. Цыганский табор осел в Екатеринбурге ещё в 1956 году, когда Никита Хрущёв запретил цыганам кочевать. Здесь уже выросло не одно поколение детей, здесь и родился 29 лет назад Максим Дица. Он с гордостью называет себя цыганом, хотя признаётся, что в таборе его называют «Русским», потому что образ жизни у него совсем не тот, с которым ассоциируются цыгане. Тем не менее, он чтит традиции предков, чтит старших, но при этом неизменно выбирает свой путь. Впервые женился он в 10 лет, б

Дмитрия Орлова еще недавно невозможно было представить вне съемочной площадки. Его герои — скуластые, немногословные, с тяжелым взглядом — стали олицетворением целой эпохи в российском кино. От колоритных эпизодов в «Брате-2» и «Сестрах» до главных ролей в «Первом после Бога», он уверенно шел к статусу суперзвезды. Но на самом пике актер вдруг исчез. Оставив Москву, амбиции и гонорары, он уехал в тихие Ессентуки, решив, что жизнь дороже рейтингов. Сегодня Дмитрий — это человек, который прошел через зависимость, тяжелую болезнь и два развода, чтобы в пятьдесят с лишним лет наконец познакомиться с самим собой. Детство Димы прошло в классических московских дворах, где задиристый характер и рост под два метра гарантировали уважение сверстников, но сулили немало проблем с законом. Мама, пытаясь направить кипучую энергию сына в мирное русло, буквально за руку привела его в театральную студию. Но настоящая взрослость наступила для него в 15 лет, когда один за другим ушли из жизни отец и люби