Си Таптыгова

Запорожская Сечь жила по своим законам: шумным, вольным и порой очень жестоким. В 16-18-х веках, когда границы между миром и войной были размыты, а походы на турецкие и крымско-татарские владения шли почти ежегодно, судьба нередко сводила запорожцев с женщинами из чужих земель. И порой эти встречи заканчивались не пленом и разлукой, а свадьбой. Почему именно запорожцы, а не донцы? Донские казаки жили в более плотной связи с русским государством и крестьянским миром, а их соседями были татары и ногайцы, но никак не турки. Да и Москва, а затем и Петербург, хоть и мирились с казачьей вольницей, всё же старались держать быт казаков в определённых рамках. А вот Запорожская Сечь была настоящей вольницей на краю степи, между Речью Посполитой, Крымским ханством и Османской империей. Казаки часто уходили в походы, захватывали добычу, а вместе с ней и людей. И если для донских казаков брак с «иноверкой» был редкостью, то для запорожцев такие союзы встречались чаще, хотя и оставались исключением,