Борис Гранкин

Вы когда-нибудь сидели перед телевизором и ловили себя на мысли: «Господи, за что мне это?» Нет, я не про очередной турецкий сериал. Я про момент, когда в музыкальном шоу включают камеру, и в кресле жюри появляется ОНА. Ольга Бузова. Святая простота в мире вокала. Икона стиля «я не пою, я существую». И вечно недовольная женщина, которая пришла сюда… а зачем? Давайте честно. Бузова в жюри музыкального конкурса это как вегетарианец в жюри стейк-хауса. Он может сколько угодно морщить нос, но толку от его советов ноль. Её зовут не за слух. Не за образование (его просто нет). И уж точно не за профессиональные рекомендации, которые она щедро раздаёт направо и налево, как просроченные конфеты. Её зовут за рейтинг. За скандал. За тот самый хайп, который она гарантированно обеспечивает любому проекту. Продюсеры циники. Они знают: там, где Бузова, там крики, слёзы, истерики и миллион просмотров на YouTube. Пока вы возмущаетесь, шоу собирает рекламу. Всё просто, как три копейки. Трагедия в том,

Субботний вечер, гитара, забытые звёзды и вёдра выплаканных слёз. Разбираемся, почему народное шоу Андрея Малахова «Привет, Андрей!» вызывает не ностальгию, а сильнейший испанский стыд, и как авторы передачи годами паразитируют на эмоциях доверчивых зрителей. Включил тут субботним вечером «Привет, Андрей!» на «России-1» и понял: если ад существует, то там крутят этот вечный хоровод из баянов, гармошек и фальшивых слез. Удивительная передача, созданная по гениальному рецепту, от которого у любого мыслящего человека сводит челюсть. Берётся Андрей Малахов, лицо которого застыло в вечной гримасе сочувствия, намертво смешанного с восторгом. В студию зазываются полузабытые звёзды восьмидесятых, самородки из глухих деревень и просто люди, готовые за гонорар обняться с незнакомцем. Всё это густо заправляется песнями про «одинокую ветку сирени» или «мамины глаза», после чего зрителя начинают нещадно душить ностальгией. Главное правило шоу — все в студии обязаны рыдать. Неважно от чего: от радос