Елена Ливинская (Потапова)

Когг — самое массовое судно Северной Европы, первое упоминание о котором относится ещё к 948 году нашей эры. Причем миниатюры нам показывают, что эти ранние когги использовали еще рулевое весло, находившееся справа по борту (если смотреть с кормы!), а кормовой руль не появлялся на них вплоть до 1240 года. Именно тогда же, в XIII веке, когги стали больше и получили палубу, а также приподнятые платформы на носу и на корме. До нашего времени лучше всего сохранился бременский когг, правда, только корпус, но не такелаж, так что в его изображении нам до сих пор приходится полагаться на миниатюры. Но зато нам теперь совершенно точно известно, что на нем была внешняя клинкерная обшивка по бокам корпуса, а вот на плоском днище она была вгладь! Считается, что когги имели мощные поперечные балки, обычно выступающие через борта судна и удерживающие борта вместе. Но вот только их выступающие за обшивку концы изображались на миниатюрах далеко не всегда. Так что можно предположить, что если они и был

Осенью 1539 года по стамбульским базарам и дворцам пашей пополз злорадный слух. Шептались торговцы шёлком в Бедестане, переглядывались янычары у дворцовых ворот, усмехались в бороды сановники во главе с великим визирем Лютфи-пашой: наместник Диярбакыра Рустем-паша, которому падишах Сулейман прочит в жёны свою единственную дочь, семнадцатилетнюю Михримах, болен проказой! Если верить романам и фильмам нашего времени, юная султанша в те дни не просыхала от слёз. Выдумщики заставляют её заламывать руки, мечтать о красавце Малкочоглу Бали-бее или о поэте Ташлыджалы Яхье и молить небеса, чтобы ненавистный жених сгинул по дороге. Какая трогательная сказка! И какая нелепость для османского двора шестнадцатого столетия. Настоящий Бали-бей был тогда уже немолодым пограничным воеводой на Дунае, которому давно перевалило за сорок, а замужество султанской дочери решало совсем не сердечные дела. В покоях гарема, где жаровни с древесным углём едва разгоняли сырость с Босфора, Михримах стояла у стрель

В 1637 году донские казаки сделали невероятную вещь - взяли турецкую крепость Азов. А через четыре года, отстояв ее в осаде против огромной турецко-крымской армии, предложили царю Михаилу Федоровичу принять город под свою руку. Царь отказался. Это решение выглядит странно. Казаки победили. Крепость в устье Дона контролировала выход в Азовское море и важный путь в Черное море. Ее захват серьезно осложнил положение османов и крымских татар в Приазовье. Казалось бы, бери и владей. Но Москва колебалась, тянула, а потом велела казакам уйти. Почему? Сначала Азов действительно был подарком судьбы. В 1637 году несколько тысяч донских и запорожских казаков осадили крепость, взорвали стену и ворвались внутрь. Турки были заняты войной с Персией и не могли сразу ответить. Казаки отправили в Москву гонцов с известием о победе и просьбой принять Азов под покровительство. Но при этом хотели сохранить самостоятельность - управлять городом и не допустить туда царских воевод. Москва оказалась в неловком