Популярная наука

На российском автомобильном номере можно встретить «СОН», «РОК» или «ХАМ», а вот «МИР» не получится: букву И туда не допускают. Вместе с ней за пределами обычных номерных знаков осталась большая часть русского алфавита. Разрешены только А, В, Е, К, М, Н, О, Р, С, Т, У и Х. Эту дюжину выбрали, чтобы номер можно было записать за границей без знания русского языка. Но ограничение дорого обошлось в другом смысле: комбинации стали заканчиваться. Именно поэтому у Москвы появилось столько кодов региона. Посмотрите на номер «В 777 ОР». Российский водитель назовёт буквы «вэ, о, эр», а иностранец увидит латинские B, O и P. Произнесут по-разному, но запишут узнаваемую последовательность. Для номера это важнее произношения. Он должен позволять опознать машину: сверить документы, оформить страховку, записать автомобиль после происшествия. Переводить буквы по звучанию для этого не требуется. У большинства разрешённых символов русское и латинское начертание совпадает. Наша Н выглядит как латинская H,

В Якутии исчезает целый склон, а горы обломков под ним нет. За полвека узкий овраг превратился в пропасть шириной почти километр. Из её стен выпадают деревья и останки животных, погибших десятки тысяч лет назад. Летом 2024 года там нашли заледеневшего много лет назад мамонтёнка в идеальном состоянии. Куда девается земля и почему провал продолжает наступать на тайгу? Батагайка находится за Полярным кругом, примерно в десяти километрах от Батагая. В середине прошлого века здесь рубили лес, а по склону к руднику ходила гусеничная техника. Учёные считают, что эти работы и положили начало провалу. Какая именно вырубка или колея оказалась решающей, неизвестно. Зато сохранились спутниковые снимки, по которым можно проследить, что случилось дальше. Пока на склоне стояла тайга, лес, мох и верхний слой почвы защищали мёрзлый грунт от летнего тепла. После вырубки часть этой защиты исчезла. Гусеницы повреждали почву, а дождевой и талой воде стало легче размывать склон. На снимке 1962 года овраг уж

Вы кутаетесь в пуховик, а утка рядом стоит босиком на льду. Даже перьев на пальцах нет — и всё же птица спокойно отдыхает. Как ей удаётся не отдавать ледяному пруду всё тепло своего тела? Разгадка начинается с неожиданного: согревать лапы утке...невыгодно. В ноге птицы артерии проходят рядом с венами. По артериям тёплая кровь движется от тела к пальцам, по венам охлаждённая возвращается обратно. Соседние потоки идут навстречу друг другу и обмениваются теплом. Представьте две плотно прижатые трубки: по одной вниз течёт тёплая вода, по другой вверх — холодная. Ещё по дороге вниз первая нагревает вторую. Именно так часть тепла возвращается к телу, не успев уйти через лапу в окружающую среду. Это называют противоточным теплообменом. Благодаря ему кровь достигает стопы уже охлаждённой, а на обратном пути подогревается. Птице не приходится каждый раз заново нагревать весь возвращающийся от пальцев поток. У разных видов сосуды расположены неодинаково. Где-то они образуют сложную сеть, где-то

На фронтовой фотографии можно встретить странный ППШ: деревянный приклад и знакомый кожух ствола, а снизу прямой немецкий магазин вместо круглого барабана. Такое оружие существовало. Немцы переделывали советские трофеи под собственный патрон, хотя у них был свой MP 40. При этом ППШ терял одно из главных преимуществ: вместо 71 патрона в магазине оставалось 32. Ради чего стоило браться за переделку? Ответ начинался на поле боя, а заканчивался на складе боеприпасов. Кино приучило нас к немецкому пехотинцу с MP 40. В действительности большинство стрелков вермахта воевало с магазинными карабинами. В обычном пехотном отделении пистолет-пулемёт полагался прежде всего командиру, а основу огневой мощи составлял пулемёт. Поэтому исправный трофейный ППШ представлял ценность уже сам по себе. Он позволял быстро выпустить несколько пуль там, где стрелку с карабином приходилось после каждого выстрела передёргивать затвор. В траншее, доме или лесу разница была существенной. Трофей получил немецкое обо

Март 1819 года. По дороге из Петербурга в Николаев молодой морской офицер Владимир Даль слышит от ямщика: «Замолаживает». Переспрашивает. Оказывается, так говорят, когда небо затягивает тучами и погода клонится к ненастью. Даль записывает незнакомое слово. Ему семнадцать лет. Впереди — морская служба, операции в полевых госпиталях, знакомство с Пушкиным и десятки тысяч таких записей. Собирать и дополнять материалы для «Толкового словаря живого великорусского языка» он будет 53 года. В четырёх томах окажется около 200 тысяч слов. А начиналось всё с привычки замечать то, мимо чего остальные проходили: как разговаривает ямщик, о чём спорят солдаты, какими словами объясняет свою работу ремесленник. Отец будущего составителя русского словаря был датчанином. Сам Даль на вопросы о своей национальности отвечал коротко: «Я думаю по-русски». Владимир Иванович Даль родился 22 ноября 1801 года в посёлке Луганского завода — будущем Луганске. Его отец, Иоганн Кристиан Даль, служил врачом, владел нес

Прежде чем попасть в московский чайник, волжская вода поднимается на высоту 12-тиэтажного дома. Её перекачивают пять насосных станций: сама она через холмы к столице не потечёт. Эта система работает с 1937 года. Канал имени Москвы наполняет водопровод, пропускает теплоходы и добавляет воду в Москву-реку. Без него река у Кремля выглядела бы иначе. Но зачем городу, который стоит на собственной реке, понадобилась вода из другой — да ещё с таким трудным подъёмом? В начале XX века Москву снабжали Мытищинский водопровод и Рублёвская станция, открытая в 1903 году. Воду брали из родников и Москвы-реки. Пока город был меньше, этого хватало. К 1926 году население перевалило за два миллиона. Росли заводы, появлялись новые кварталы. Воды требовалось больше, а Москва-река в маловодные сезоны мелела. Городские стоки дополнительно ухудшали её состояние. В 1931 году решили соединить Москву с Волгой. Канал должен был решить сразу несколько задач: дать питьевую воду, пополнить обмелевшую реку и открыть

Плоскостопие у нас звучит как диагноз: ортопед, стельки, еще и обнадеживающий для некоторых разговор с военкоматом. У неандертальцев плоская стопа, судя по костям, была нормой. Учёные считают, что она им помогала, а не мешала. Стопа неандертальца могла быть более плоской и гибкой, чем наша. Для тяжёлого, мускулистого человека, который много ходил по неровной земле, такое устройство было преимуществом. К этому выводу пришли исследователи, сравнившие пяточные кости неандертальцев и людей нашего вида. Казалось бы, что еще за преимущество то у плоскостопия? Ведь из-за него возникают боль и усталость при ходьбе: ноют стопы, область лодыжек, иногда голени. Возникает перегрузка сухожилий и связок: поддерживающие стопу ткани могут воспаляться и повреждаться. Известны случаи, что люди даже ходить не могли из-за плоскостопия. Но, как выяснилось, в человеческой истории это была скорее норма. А самые тонкие и изящные пятки принадлежали горожанам последних веков.При обычной ходьбе пятка первой при

Немецкий генерал Фридрих фон Меллентин удивлялся, как советские солдаты ночью проходят в тыл, за несколько часов укрепляют захваченный берег и прокладывают дороги там, где вязнет техника. Какие то фантастические суперспособности, недоступные обычным людям! И, вместе с тем, генерал считал, что эти же люди неспособны мыслить самостоятельно. В его «Танковых сражениях» восхищение противником соседствует с убеждённостью в собственном превосходстве. Как опытный штабист сумел разглядеть столько удачных решений Красной армии и чего же он так и не понял в людях, которые их находили? Тысяча солдат входит в заснеженный лес: сто шеренг по десять человек. Через полчаса их сменяет следующая тысяча. За несколько часов там, где техника не могла пройти, появляется дорога. Эту сцену описал немецкий генерал Фридрих фон Меллентин в книге «Танковые сражения». Его поражало, как советская пехота преодолевает болота, закрепляется на чужом берегу и ночью оказывается за немецкими позициями. Он восхищался русск