Слепая вера
Звонок в дверь раздался в половине одиннадцатого вечера. Мария уже лежала в кровати, накрывшись тёплым шерстяным одеялом, и листала на планшете новости. За окном шёл дождь, мелкий и упрямый, он стучал по подоконнику третьего этажа. Сначала Мария решила, что звон в дверь ей мерещится. Потом звон повторился, настойчивее. Она села, нащупала тапочки, натянула халат и пошла в прихожую, по дороге приглаживая волосы рукой. – Мама, открой! Это я! Мама, открой, пожалуйста! – за дверью раздался громкий женский голос, и Мария поспешила открыть. За дверью стояла Аня. Волосы прилипли к щекам, куртка промокла на плечах, сумка висела криво. Глаза красные, распухшие, подбородок дрожал. Мария в первую секунду даже не поняла, кто перед ней, и только потом узнала дочь, которую не видела вживую уже года три, с тех самых пор, как Аня съехала жить отдельно. Аня влетела в квартиру, не разуваясь, прошла по коридору и остановилась посреди прихожей, стиснув руки. – Мама, мне очень нужна помощь! Мне нужна помощь
Слепая вераСлепая вера
Показать еще
  • Класс
Не ты первая, не ты последняя
– Так, девушка, снимайте пальто, врач сейчас вас примет, – женщина за регистратурой даже не подняла головы от журнала записи. И от этой будничности у Леры что-то сжалось внутри: для всех вокруг сегодня был самый обычный день, а у неё мир рушился! – Спасибо, – сказала Лера и запнулась на этом слове: голос сорвался, и она еле дотянула до конца. Девушка села на лавку у стены коридора женской консультации и сжала в кармане куртки тест с двумя полосками. Утром она вынесла его из ванной тайком, чтобы никто не увидел. Лера смотрела на трещину в потолке и повторяла про себя, что, может, тест всё-таки врёт, бракованный, дешёвый. Она молилась. Молилась унизительно, торопливо, прямо в маршрутке, шевеля губами и пряча лицо за воротником куртки. Лера не была набожной девочкой, но сейчас обещала что угодно: свечку в любом храме, пост хоть на месяц. Только пусть это будет ошибка. Только пусть завод бракует тесты, пусть их партия бракованная! Но внутри уже знала правду. Он не бракованный, нет. Это про
Не ты первая, не ты последняяНе ты первая, не ты последняя
Показать еще
  • Класс
"Особенная" девушка
– Ты чего так поздно? – равнодушно спросила Люся, не отрывая глаз от экрана. – Я, между прочим, переживала. На диване, застеленном наимягчайшем пледом цвета увядшей розы, она сидела, подтянув под себя ноги, и в свете телевизора её лицо казалось бледным и чужим. В колонках что-то плакала очередная брошенная женщина, а Люся смотрела на эту передачу так сосредоточенно, будто от её внимания зависело, чем всё закончится. Ян поставил сумку у стены, стянул ботинки и постоял немного в прихожей, прислушиваясь к себе. Тело гудело, как будто внутри вместо костей были натянутые провода. Семь дней он готовился к проверке, и эти семь дней были похожи на длинный лестничный пролёт, по которому он поднимался, неся на спине коробки с документами. Каждый отчёт перепроверяли по три раза. Каждую бумажку! Каждую подпись! Каждую запятую в договоре двухлетней давности! В среду ему трижды звонили из бухгалтерии с уточнениями, которые ни на что не влияли, но требовали ответа немедленно. Сегодня в девять утра пр
"Особенная" девушка"Особенная" девушка
Показать еще
  • Класс
Дым без огня
– Я тебя воспитывала нормальным человеком! Как ты могла вырасти в такое?! Маша стояла на пороге, не успев даже снять куртку, и не сразу поняла, к кому относятся эти слова. Сумка сползла с плеча и повисла на локте, ключи так и остались зажаты в руке. Виктория Олеговна стояла посреди прихожей, раскрасневшаяся, с закушенной губой, и смотрела на дочь так, будто та виновата во всех смертных грехах. – Мам… что случилось? – Маша шагнула вперёд, но мать неожиданно широко расставила руки и загородила проход в комнату. Жест вышел нелепым, почти детским, но твёрдым. Ладони женщины дрожали. – Куда? Стоять. Сначала поговорим. – Мам, я с работы, я замёрзла и есть хочу, – Маша растерянно оглянулась на дверь, будто ждала подсказки с лестничной площадки. – Что вообще происходит? Почему ты меня домой не пускаешь? Это же мой дом. – Твой, – горько усмехнулась мать и поджала губы. – Твой. Вот сейчас и выясним, чей он. И в этот момент из гостиной, осторожно придерживая дверь ладонью, вышла девушка. Незнаком
Дым без огняДым без огня
Показать еще
  • Класс
Не моя вина, не твоя судьба
– Может, переведём наши отношения на следующий уровень? Юля спросила это мягко, без нажима, ничего не требуя. Она сидела на краю дивана, поджав под себя ноги, и теребила край домашнего платья. Ей было двадцать шесть, и она умела ждать, когда хотела чего-то всерьёз. Три дня девушка репетировала эту фразу в голове, проговаривала перед зеркалом в ванной, пробовала интонации, серьёзную и шутливую, и в конце концов решила, что лучше всего выйдет само собой, когда настрой будет тёплым и доверительным. Весь вечер она ждала нужного момента, но он так и не наступил. Дима был погружен в работу даже дома, а она просто не могла больше терпеть. – Но мы же ведь уже полгода вместе… Дима оторвался от телефона. Он сидел в кресле напротив, вытянув ноги, и листал рабочую переписку, где начальство обсуждало предстоящий отчёт. Между ними стоял низкий журнальный столик, на нём остывал его вечерний чай, недопитый, как всегда, потому что он вечно отвлекался на сообщения. Квартира вокруг была ухоженной, со вк
Не моя вина, не твоя судьбаНе моя вина, не твоя судьба
Показать еще
  • Класс
Пропуск в чужую жизнь
Рита влетела в кафе, чуть не сбив официанта с подносом, плюхнулась на стул и раскинула руки так, будто хотела обнять весь зал сразу. – Ваня мне на день рождения путёвку купил! На море! Через две недели поедем, на десять дней. Я уже с шефом договорилась, отпуск подписан, всё Они любили это кафе: старое, с тёплым светом и небольшими столиками. Оно стояло через дорогу от их офиса, и по пятницам там всегда можно было встретить знакомых: кто-то из бухгалтерии, кто-то из соседнего отдела, кто-то с измученным лицом и стаканчиком эспрессо. Но сегодня, в четверг, зал был полупустым Сегодня их было четверо. Ася – младшая, тихая, помешанная на сладком и на сериалах, от которой в рабочих чатах вдруг появлялись самые точные формулировки. Зоя – тридцать восемь лет, с опытом крайне неудачного брака. И Карина – та самая, без единой морщинки на идеальном лице, с аккуратным маникюром, безупречным пиджаком, с которой все стараются дружить… – Какой у тебя муж заботливый, – протянула Зоя, покручивая ложечк
Пропуск в чужую жизньПропуск в чужую жизнь
Показать еще
  • Класс
Избалованная
– Мама, подкинь мне денег, – сказала Ольга, едва Людмила успела произнести “алло”. – Мы с подружками собираемся на море, на недельку. А денег у меня нет... Ну ты же поможешь, да? Ты же всегда помогаешь! Людмила сидела на кухне с чашкой остывшего чая, и от этого голоса – бодрого, требовательного, ни на секунду не усомнившегося в том, что ей обязаны помочь, – у неё что-то дрогнуло в груди. Она услышала в трубке шаги Ольги, хлопнувшую дверь, уличный шум. Дочь явно шла куда-то и звонила между делом, перекрикивая толпу, и от этого было особенно обидно: выходит, этот разговор для неё настолько пустячный, что можно вести его, продираясь сквозь людей. – Оля, – Людмила аккуратно поставила чашку на стол, словно боялась разлить: руки стали какими-то чужими, – ты меня, конечно, прости, но денег у меня сейчас нет. И вообще, что с твоей работой? Тебе недавно зарплату должны были выплатить. Ты же собиралась отложить на поездку, говорила об этом ещё в мае. – Ты знаешь, мам, я с работы уволилась. – В с
ИзбалованнаяИзбалованная
Показать еще
  • Класс
Отцовство исключено
– Опять выходные в компании твоих родителей… – сказала Даша, глядя в окно. – Что может быть прекрасней? За стеклом тянулся один и тот же выезд из города: АЗС, заброшенный павильон “Продукты”, поле, на котором так и не вырос ни один рекламный щит. Она знала эту дорогу наизусть – три года она ездила по ней в дом своих свёкров, и каждый раз у неё внутри было одинаково: как перед походом к зубному. – Не начинай, ладно? – Степан не отрывал глаз от дороги. – Мама просила, чтобы ты приехала. Один раз в месяц можно и потерпеть. – Потерпеть. Хорошее слово, – Даша отвернулась от стекла и посмотрела на него. – Ты вообще слушал, что она мне в прошлый раз говорила? Что я, значит, просиживаю штаны в поликлинике. Что от педиатра одни убытки. – Мама у нас так выражается. Она не со зла. – Не со зла, – повторила Даша и усмехнулась. – Степ, твой отец за всё время не сказал мне ни слова. Ни одного. Я поздоровалась с человеком, который является моим свёкором, а он посмотрел сквозь меня, как будто я пустое
Отцовство исключеноОтцовство исключено
Показать еще
  • Класс
Выстраданное счастье
– Настя, открой! – в дверь комнаты требовательно постучали. – Нам нужно поговорить. Голос был приглушённый, но Настя узнала его сразу. Внутри что-то дрогнуло и опустилось, будто она наступила на ступеньку, которой не было. Она стояла посреди комнаты со стопкой детских вещей на руках – разбирала то, что Лиза привезла от своей сестры, – и секунды три не двигалась. Потом положила стопку на кровать, поправила халат и открыла. На пороге стояла Надежда. Мать выглядела так, будто шла сюда через весь город пешком и каждую минуту этого пути жалела. Она нервно перекатывала ручку сумочки между пальцами и смотрела не на дочь, а куда-то мимо её плеча. Дорогой плащ был застёгнут на все пуговицы, хотя на дворе была уже весна, от него пахло духами, которые Настя помнила с самого детства: тяжёлыми, резкими, чуть кисловатыми. – Ты чего тут стоишь? Заходи, если пришла, – сказала Настя ровно. Голос не дрогнул, хотя сердце стучало где-то в горле. Надежда переступила порог и огляделась быстро и брезгливо. У
Выстраданное счастьеВыстраданное счастье
Показать еще
  • Класс
Каждому своё
– Давай заведём ребёнка, – осторожно произнёс Марк, глядя на уставшую жену. Жанна вернулась домой три часа назад. Три недели разъездов, чужие города, переговоры, на которых нельзя было отвлечься ни на секунду, – и наконец родная квартира, тихая, тёплая, пахнущая кофе и лавандой. Она мечтала об одном: ванна с пеной и сон без будильника. А Марк смотрел на неё с какой-то странной тоской и надеждой: – Ребёнка. Нашего. Я очень хочу, Жан! На секунду ей показалось, что она ослышалась. – В каком смысле? – спросила она осторожно. – В прямом. Нашего ребёнка. От тебя и от меня. Она отложила телефон на диван. О чём вообще Марк говорит? Он хоть понимает, как это всё невовремя? Радость возвращения домой обрывалась посреди первого вечера. – Марк, ты вообще представляешь, что сейчас происходит у меня на работе? – она говорила медленно, подбирая выражения. Женщина не хотела, чтобы муж на неё обиделся или устроил скандал. – Через год открывается новый офис. Начальник лично сказал мне, что хочет видеть м
Каждому своёКаждому своё
Показать еще
  • Класс
Показать ещё