Наталья Чернявская

Певица и общественница Виктория Цыганова обратила внимание на ситуацию с детьми мигрантов в школах Якутска. Накануне в республике Саха на правительственном часе в Ил Тумэне депутаты обсудили стихийное и массовое появление в школах этнических анклавов, где русскоязычные якутские дети оказались в меньшинстве. Сложности с приезжими возникли в средней школе №1 в якутском микрорайоне Марха. В ней оказалось настолько много детей иностранцев и «новых россиян», что образовались целые мигрантские классы. Дошло до того, что хиджабы и тюбетейки стали в учебном заведении обычным делом, а родители таких школьников стали требовать молельные комнаты для проведения ритуалов во время учебного дня. Проблему «подсветил» депутат якутского парламента Павел Петров. Министерство образования республики направило школьной администрации поручение переформировать классы для более равномерного распределения детей разных национальностей и культур. — Приезжие культуру народов России перенимать не собираются. Наобор

Зима в старой русской деревне начиналась задолго до первого снега. Ещё летом крестьяне заготавливали сено и дрова, осенью убирали урожай, а потом смотрели, сколько удалось запасти и хватит ли этого до весны. В северных губерниях снег мог лежать пять-шесть месяцев, и всё это время семья должна была кормиться тем, что успела вырастить, собрать или заработать. А ещё нужно было отапливать дом, содержать скотину и каким-то образом продолжать хозяйственную жизнь. Впрочем, зима приносила и определённые удобства. Замёрзшие реки и болота превращались в дороги, появлялось время для ремёсел и дальних поездок. Как именно всё это работало, мы довольно хорошо знаем по этнографическим описаниям XVIII–XIX веков. Правда, порядки на Русском Севере заметно отличались от жизни в южных губерниях, так что единого рецепта зимовки для всей России не существовало. Начнём с запасов. После уборки урожая зерно просушивали, обмолачивали и ссыпали в амбары, где его старались уберечь от сырости и мышей. Часть шла на