Ибрагим магамед

Кавказская война, тянувшаяся почти полвека, превратила границу между русскими укреплениями и горскими аулами в особый мир, где плен и рабство были не экстраординарным событием, а обыденностью, частью быта. Для казачьих станиц, вытянувшихся вдоль Кубанской линии и по предгорьям, набег горцев за «живым товаром» был постоянной угрозой – такой же привычной, как весенний паводок. Разница лишь в том, что паводок отступал сам, а людей приходилось вырывать из неволи годами, а иногда и десятилетиями. Иногда горцы налетали на станицу большими отрядами: вырубали заставы, поджигали дворы и угоняли женщин и детей вместе со скотом. Иногда выслеживали одиночек на дальних хуторах, у мельниц, на сенокосе, в поле. Казачка Агафия Усачева из станицы Беломечетской была схвачена в 1855-м году прямо на мельнице войскового старшины Лучкина на речке Невинке –поехала туда по хозяйской надобности, и горцы выбрали момент, когда она была беззащитна. В 1855-м году двумя казаками станицы Урупской была продана в горы

В годы своей купеческой молодости пророк Мухаммед неоднократно побывал в византийской Сирии. Вполне вероятно, что посещал и персидскую Месопотамию по торговым делам. В то время арабские караванщики дальше обычно не ездили, но и этого хватало, чтобы получить определенные знания о происходящем в мире. На тот момент главной геополитической новостью стало создание и последующий распад Тюркского каганата, на месте которого возникло несколько крупных кочевых держав. С разных сторон они теснили Восточную Римскую империю и Иран под управлением династии Сасанидов и были главной для них опасностью. Поэтому с уверенностью можно утверждать, что Мухаммед знал о существовании народа, который в будущем станет одним из главных защитников и распространителей ислама. От евразийских кочевников зависели не только судьбы мира, но и безопасности главных торговых путей. О них должны были много говорить в крупных экономических центрах. В дальнейшем появились хадисы, рассказы о высказываниях и поступках пророк