Почему царицы скрывали болезни: 5 историй от Софьи до Натальи Алексеевны
Царское Село, 8 сентября 1758 года. Императрица идёт пешком из дворца к приходской церкви. У паперти ей становится дурно, и она падает без чувств на траву — на холодном осеннем воздухе. В церкви тишина, но никто не смеет подойти. Прибегают дамы и двое докторов, и хирург тут же, на траве, пускает ей кровь. Анна Иоанновна правила десять лет, и почти всё это время у неё болели почки. Обер-гофмейстер двора Эрнст Миних записал прямо: она «с лишком за 15 лет ощущала боль от каменной болезни». В 1735 году английский посланник Клавдий Рондо доносил в Лондон, что императрица нездорова и что несколько дней назад ей пускали кровь. Процедура была обыденной и никого не удивляла. В конце сентября 1740 года начались «припадки подагры». Пятого октября, когда она сидела с Бироном за столом, ей стало резко плохо: по одной версии — боль в пояснице и кровь горлом, по другой — тошнота и обморок. Манштейн писал о «жестокой боли в пояснице» и крови, Миних — о тошноте без крови. Это расхождение стоит держать
Почему царицы скрывали болезни: 5 историй от Софьи до Натальи АлексеевныПочему царицы скрывали болезни: 5 историй от Софьи до Натальи Алексеевны
Показать еще
  • Класс
Почему Елизавета не казнила Ивана VI — и было ли ему от этого легче?
Петербург, ночь на 25 ноября 1741 года. По набережной, в свете фонарей, к Зимнему дворцу идёт женщина в гвардейском мундире. За ней около трёхсот человек. В морозном воздухе слышен только скрип снега под сапогами. Через час в спальне арестуют правительницу, а из детской вынесут полуторагодовалого императора. Елизавета приехала не во дворец, а в казармы лейб-гвардии Преображенского полка — в гренадерскую роту. С ней были Лесток, Воронцов и её старый учитель музыки Шварц. За полтора года до этой ночи всё уже ломалось. В ночь на 9 ноября 1740 года фельдмаршал Миних с гвардией арестовал регента Бирона — у нас есть о нём отдельный разбор — и правительницей стала мать Ивана, Анна Леопольдовна. Гренадерам она сказала то, что потом пересказывали: «Ребята, вы знаете, чья я дочь, ступайте за мной!» Ей ответили: «Матушка, мы готовы, мы их всех перебьём». И она оборвала: «Если вы будете так делать, то я с вами не пойду». В Зимнем велели не шуметь. Анну Леопольдовну взяли в спальне — рядом была фр
Почему Елизавета не казнила Ивана VI — и было ли ему от этого легче?Почему Елизавета не казнила Ивана VI — и было ли ему от этого легче?
Показать еще
  • Класс
Почему Екатерина II увидела сына только на 40-й день: 5 правил императорских родов
Почему Екатерина увидела сына только на 40-й день: 5 правил императорских родов Летний дворец, Петербург, ночь на 20 сентября 1754 года. В комнате холодно, два больших окна плохо затворяются, свет идёт из двери напротив постели. У изголовья — императрица Елизавета, приехавшая около двух часов ночи. К полудню всё кончится, и ребёнка унесут. Екатерина рожала в деревянном Летнем дворце работы Растрелли — на месте нынешнего Михаиловского замка. Дворец снесут через сорок с лишним лет, и от комнаты, где появился на свет Павел, не останется ничего. Схватки начались ночью. Елизавета приехала в два часа, и с этого момента всё пошло по придворному порядку: в комнате были великий князь Пётр Фёдорович, граф Шувалов с супругой, камер-фрау Владиславова и акушерка. Духовник вошёл уже после рождения. Толпы придворных в родильной комнате не было. Это позднейшая легенда: очевидцы перечислены поимённо, и список короткий. Но главное началось после того, как всё закончилось. Сразу после пеленания и наречен
Почему Екатерина II увидела сына только на 40-й день: 5 правил императорских родовПочему Екатерина II увидела сына только на 40-й день: 5 правил императорских родов
Показать еще
  • Класс
Что ела Екатерина II: немка, которая ела по-русски
Царское Село, 1780-е годы, ранний обед. Императрица сидит за небольшим столом одна: серебряное блюдо с варёной говядиной и солёными огурцами, чашка с гречневой кашей, ломоть чёрного хлеба, стакан воды и рюмка мадеры. За спиной слуга держит накрытое серебряное блюдо — французское, для гостей. Обед длится не больше часа. София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская родилась в Штеттине, в семье мелкого немецкого князя. В Россию её привезли в 1744 году четырнадцатилетней, через год она приняла православие и стала Екатериной. Всю оставшуюся жизнь она доказывала — себе и другим, — что имеет право называться русской. Доказывала не словами, а бытом. Она учила язык, носила русское платье на праздниках, ходила в церковь и ела то, что ели вокруг неё. Стол стал частью той же политики: императрица, которая ест щи и гречку, — своя. При этом французская кухня при её дворе никуда не делась: парадный стол и повседневный обед жили по разным правилам. Повседневный обед Екатерины описывали не раз и почти од
Что ела Екатерина II: немка, которая ела по-русскиЧто ела Екатерина II: немка, которая ела по-русски
Показать еще
  • Класс
Белила, румяна, сурьма: зачем русские женщины красили лицо
Москва, XVII век. Утро начинается не с чая, а с зеркала: на столе горшочек с густой белой массой, блюдечко с красной краской и баночка с сурьмой. Через полчаса лицо будет белым, щёки — алыми, брови — чёрными. Адам Олеарий, дипломат, видевший Москву в 1630-х, писал: лица кажутся так, будто кто-то «пригоршнею муки провёл» по ним и кистью выкрасил щёки в красное. Формула русской красоты XVI–XVII веков короткая: бела, румяна, черноброва. Три признака, которые читались сразу и не требовали объяснений. За ними стояла не эстетика, а здоровье и достаток. В песнях и свадебных приговорах эти три слова повторяются как формула — не метафора, а прямое описание того, что считалось красивым. Белая кожа означала, что женщина не работает в поле. Загар был меткой труда на воздухе, а бледность — меткой домашней жизни, где за тебя работают другие. Румянец — что она не голодает. Густые чёрные брови — что в роду есть сила. Это не поэзия, а медицинская карта эпохи, переведённая в красоту. Косметика была и в
Белила, румяна, сурьма: зачем русские женщины красили лицоБелила, румяна, сурьма: зачем русские женщины красили лицо
Показать еще
  • Класс
Почему кофе при османском дворе подавали после приёма: что пила Кёсем
Стамбул, XVII век. Слуга вносит поднос: маленькая чашка кофе на латунном блюдце, рядом стакан шербета и серебряный кувшин с водой. Поднос ставят не в начале разговора, а в конце — и это правило знает каждый, кто входит в покои валиде. Кофе появился в Стамбуле в XVI веке и быстро стал частью городской жизни: кофейни открывались одна за другой, вокруг них спорили, их закрывали и открывали снова. Кофейни в Стамбуле были местом разговоров, и власти это не нравилось: их закрывали, потом открывали снова. При дворе же кофе жил другой жизнью — не как повод для споров, а как часть этикета. При дворе кофе прижился и стал частью церемонии. Порция была крошечной, посуда — тонкой, и всё это подчёркивало: здесь пьют не для того, чтобы напиться. Варка была отдельным искусством: недодержать — кисло, передержать — горько. Хорошего кофеварщика ценили при дворе не меньше, чем повара, и увести его к себе считалось удачей. Его варили в медных сосудах с длинной ручкой, подавали горячим, маленькими порциями
Почему кофе при османском дворе подавали после приёма: что пила КёсемПочему кофе при османском дворе подавали после приёма: что пила Кёсем
Показать еще
  • Класс
Соболиная шуба: почему мех был валютой
Сибирский острог, конец зимы. К воеводе привели ясачных людей, и они кладут на стол связки соболиных шкурок: налог здесь платят не деньгами, а мехом. Считают не рубли, а шкурки, и в приказных бумагах все это называется мягкой рухлядью. Мех был деньгами задолго до того, как стал роскошью. Соболиная шуба стоила очень дорого не только потому, что была красивой: мех веками работал вместо монеты, им платили налог, им одаривали королей, и его можно было просто отнести в казну как деньги. В домонетный период на Руси куна означала шкурку куницы, которая ходила в обмене как эквивалент денег. Потом куной назвали уже монету, но слово осталось: «куны» в старых текстах означают просто деньги. Сложилась целая кунная система: одна куна равнялась двум граммам серебра, или одной двадцать пятой гривны, или двум резанам, или от четырех до шести вевериц. К началу XV века куна стала вдвое мельче: если сначала она составляла одну двадцать пятую гривны, то потом уже одну пятидесятую. Дробились такие деньги п
Соболиная шуба: почему мех был валютойСоболиная шуба: почему мех был валютой
Показать еще
  • Класс
Почему мыльня стояла под алтарём: 3 правила царской бани
Москва, XVII век. Мыльню топят с утра: печь гудит, по низким полкам стелется пар, на скамье лежит берёзовый веник с ещё влажным листом. В шайке — вода с квасом, рядом сложены полотна, кусок тёмного мыла и медный ковш. Царица войдёт сюда не одна и не тогда, когда захочет. В русском дворце баня не была частью жилых покоев. Мыльня — небольшая баня в общем комплексе построек, по соседству с домовым храмом и хозяйственными службами. Её топили заранее, воду носили вручную, и всё, что нужно для мытья, держали здесь же. Отдельное помещение было удобно и по другой причине: пожар. Деревянная баня с печью стояла в стороне от теремов, и огонь из неё не мог перекинуться на жилые палаты. Топили мыльню за несколько часов: камни должны были раскалиться, а вода — нагреться. Вёдра носили вручную, и на одно мытьё уходили десятки — это была отдельная работа со своим распорядком. По описаниям дворцового быта, мыльня входила в хозяйственный комплекс дворца, но всегда стояла отдельно от жилья. Так диктовала
Почему мыльня стояла под алтарём: 3 правила царской баниПочему мыльня стояла под алтарём: 3 правила царской бани
Показать еще
  • Класс
Почему царицы прятали улыбку: 3 инструмента и один шиллинг
Утренний туалет, XVIII век. Перед зеркалом на столике лежит веер — не для бала, а для разговора: им прикрывали рот, когда смеялись. Рядом гребень, баночка с мелом и полотняный платок. Зубы при дворе были темой, о которой не говорили вслух, но помнили каждую минуту. Веер в XVIII веке был не только украшением. Его держали у лица, чтобы скрыть рот в смехе, и это считалось хорошим тоном: открытая улыбка во весь рот выглядела вульгарно. Считалось, что смех без прикрытого рта выдаёт простолюдинку — и к этому правилу старались относиться со всей строгостью. Причина была практической. Зубы портились рано и у всех — у крестьянок и у цариц, потому что гигиена была общей для всех: мел, соль, тряпица и надежда. Разница была в том, что у царицы на виду было больше людей. Веер держали по-разному, и положение имело значение: у лица — смущение, у плеча — приглашение к разговору, сложенный — конец беседы. Значения жестов варьировались, но сам принцип знали все: веер позволял разговаривать, не открывая
Почему царицы прятали улыбку: 3 инструмента и один шиллингПочему царицы прятали улыбку: 3 инструмента и один шиллинг
Показать еще
  • Класс
Почему царицы не хотели худеть: 3 способа, которые были в ходу
Спальня, раннее утро XVIII века. Горничная затягивает шнуровку на спине: вдох, ещё вдох, узел. На столике рядом — стеклянный флакон с уксусом и серебряная чашка, в которой вчера был бульон. Через час подадут завтрак, и его придётся есть: отказ от еды при дворе замечали быстрее, чем новое платье. В русском языке слово «худой» долго означало не только «тонкий», но и «плохой», «негодный»: худая слава, худое дело. «Худоба» — это бедность и убогость, а не достоинство. Отсюда и отношение к телу: худоба читалась как нужда, а не как сила. По запискам иностранцев, русские женщины казались им «нежными и пышными» — полнота означала достаток, здоровье и то, что человек не голодает. В допетровской России ценилась дородность. Она читалась сразу: у этой женщины есть еда, слуги и время, значит, она из хорошего дома. Худоба такого сообщения не передавала. Это не значит, что к полноте стремились специально. Просто тело было следствием положения: чем выше статус, тем больше еды, меньше движения и тяжеле
Почему царицы не хотели худеть: 3 способа, которые были в ходуПочему царицы не хотели худеть: 3 способа, которые были в ходу
Показать еще
  • Класс
Показать ещё