Свернуть поиск
Муж предложил сдавать мою квартиру и жить у свекрови. Через неделю домой я вернулась одна
Виталий выкатил рабочее кресло Ренаты в коридор и присел с телефоном у двери. Без кресла комната на снимке получалась просторнее. Ещё бы убрать сушилку, провода от ноутбука и сам ноутбук — и можно выставлять объявление. — Виталик, подожди. Мы ещё не договорились. — Я пока фотографирую. Потом опять солнца не будет. Рената протиснулась мимо кресла на кухню. После работы она собиралась посмотреть машины: нашла несколько подходящих объявлений и весь день ждала, когда покажет мужу. Ей уже представлялось, как они в пятницу вечером уезжают из города, а утром завтракают где-нибудь у озера. Виталий после последнего ремонта своей старой машины тоже только об этом и говорил. Вчера он предложил сдавать её квартиру, а самим перебраться к его матери. Откладывать плату за жильё и часть зарплаты. У матери свободная комната, до работы ему ближе. Если откладывать деньги от сдачи квартиры, на другую машину накопят быстрее. Ренате было двадцать семь, мужу — двадцать девять. За второй год брака они уже усп
Показать еще
- Класс
Моя мама дала нам на первый взнос. Почему твои родители ничем не помогают?
Пётр отменил просмотр двухкомнатной квартиры, пока Элина была на работе. Вечером она открыла ноутбук, чтобы ещё раз посмотреть фотографии, и услышала: — Я риелтору сказал, что завтра не приедем. Лучше сразу трёшку смотреть. — Подожди. Мы же договорились сначала обе посмотреть. Муж сел рядом на диван. На правой щеке у него осталась вмятина от защитной маски: весь день провозился на объекте. — Ты сама сказала, что в двушке тесно. Зачем время тратить? Сказала. Элина даже успела представить, куда поставит письменный стол в третьей комнате. На фотографиях там было широкое окно и совершенно пустые стены — после съёмной квартиры, где хозяева запрещали сверлить, это особенно нравилось. — На первый взнос не хватает миллиона. Ты его где возьмёшь? — Мама дала нам на первый взнос. Почему твои родители ничем не помогают? Элина убрала ладонь с клавиатуры. — Потому что мы у них ничего не просили. — Ну так попроси. Моя миллион дала, мы миллион накопили. Если твои столько же добавят, можно брать нормал
Показать еще
- Класс
Мы договорились жить без детей. В 38 я передумала, а муж — нет
Антон раскладывал на диване вещи для поездки в Грузию: два спальника, горелку, мои горные ботинки. Каждый сентябрь мы уезжали в горы вдвоём, и билеты до Тбилиси лежали купленные с мая. — Антон, билеты надо сдать. Я беременна. Он положил горелку на спальник и повернулся ко мне. — Оль, ты же пьёшь таблетки. — Пью. Врач говорит, и с таблетками такое бывает. Таблетки я бросила в июне, через неделю после того, как моя младшая сестра Даша родила сына. Мужу я об этом не сказала. Жить без детей мы с ним договорились ещё до свадьбы, и тогда я хотела этого не меньше, чем он. А в мае, когда попросила его передумать, услышала: «Оля, мы договаривались. Я своё отнянчил». Антон старший из четверых детей и в пятнадцать лет кормил, мыл и водил в сад и в школу троих младших, пока мать работала на заводе в две смены. Больше я не просила. Я решила, что уговаривать его можно до пенсии, а готового ребёнка он полюбит. Антон сел на диван, прямо на мой спальник. — Какой срок? — Семь недель. — И что ты думаешь
Показать еще
Квартиру сыну мы купили, но оформила я её на себя. Невестка обиделась
Дина просунула в окошко кассы три квитанции — за свет, за воду и за капремонт — и положила их прямо на мою мелочь. — Зоя Николаевна, это ваше. Собственник у нас вы, вот на ваше имя и приходят квитанции. За ней с вениками стояли трое мужчин, и все трое сразу замолчали. Суббота, в бане очередь до самых дверей, я как раз отрывала билеты в мужское отделение. — Диночка, давай я вечером к вам заеду, и мы спокойно поговорим. — Я к вам домой два раза эти бумажки возила. Вы мне дверь не открыли, хотя свет в окне горел. Вот, привезла сюда. Раз квартира ваша, вы за неё и платите. Квартиранты за капремонт не платят. Она развернулась и ушла. Следующий в очереди молча положил передо мной двести рублей, и я впервые в жизни ошиблась со сдачей. Однушку на Строителей мы с Лёней купили сыну в апреле. Четыре миллиона шестьсот тысяч — всё, что отложили за восемь лет. А в договоре стоит моя фамилия, потому что так попросил Серёжа. Он сказал это в машине у агентства, ещё до сделки: — Мам, оформляем на тебя.
Показать еще
Свёкор назвал меня приживалкой при соседях. Молчать я не стала — и выдала мужа
— А невестка у вас где работает? — спросила через забор Бочарова. Она с обеда стояла у своей сетки с одним ведром и слышала каждое наше слово. Свёкор воткнул вилы в землю. Он копал в заводской куртке, на спине у неё ещё читалось выцветшее «Цех №4». — Где! Нигде. Её ещё весной из магазина попросили. Сидит дома, в телефон тычет. Приживалка. Я как раз высыпала ведро в мешок и так и осталась стоять с ведром в руках. — Я работаю, Григорий Петрович. Заказы для интернет-магазина принимаю, из дома. Я же вам рассказывала. — Рассказывала она. — Свёкор повернулся к соседке. — А Тёмка мне по-другому рассказывал. Я им с мая каждый месяц по двадцать пять тысяч отдаю, с книжки снимаю. А она мне — «работаю». — Ох, Петрович, и мой зять такой же, — подхватила Бочарова. — Всё в телефоне, а толку никакого. Я своей Ленке так и говорю: гони ты его на работу! Артём в это время завязывал мешок у края участка. Он поднял его, закинул на плечо и понёс к машине мимо отца, мимо меня. Отцу он не сказал ни слова. Мн
Показать еще
- Класс
Мы потратили накопления на себя, а не на квартиры детям. Дети объявили бойкот
Денис обошёл дом с телефоном в руке, как оценщик. Постучал по новой обшивке, заглянул в котельную, потом в баню. — Котёл, скважина, утепление — миллиона полтора, — сказал он. — Баня тысяч семьсот. И машина у ворот ещё миллион двести. Мам, я правильно считаю? Считал он правильно, он у нас в банке работает, кредиты выдаёт. Три миллиона восемьсот тысяч мы с Витей копили одиннадцать лет. За лето от них осталось сто двадцать тысяч и газонокосилка. — Правильно, — ответил Витя с крыльца. — Забор ещё забыл. Наташа стояла у мангала в застёгнутой куртке, хотя приехали они час назад. Её Егор, наш единственный внук, катал по дорожке дедову тачку. — Пап, вы же знали, что мы третий год живём на съёмной квартире, — сказала она. — Что Денис с женой у тёщи в маленькой комнате ютятся. Знали и всё лето нам рассказывали, что крышу перекрываете. Крышу! — А что я должен был сказать? Дочка, разреши отцу баню построить? — Ты должен был сказать, что наших квартир больше нет. — Ваших квартир и не было. Были наш
Показать еще
- Класс
Муж копил на нашу свадьбу в Италии. А сыграл её там с другой — на мои деньги
Во вторник у меня выходной, и в десять утра я ещё ходила по квартире в футболке Эдика. В дверь позвонили. На площадке стояла высокая женщина в норковой шапке и спортивных кроссовках, с двумя большими пустыми сумками на плече и коробкой в руке. — Кристина? Здравствуйте, я Анжела, жена Эдика. — Она протянула мне коробку. — Это вам из Италии, лимончелло. Спасибо, что пустили его пожить, пока он на квартиру копил. Эдика я семь лет называю мужем, хотя штампа у нас нет. Живём мы в моей квартире, и моим мужем его зовут все, даже его мать. Позавчера он улетел в Тюмень, в командировку на две недели. В сентябре улетал туда же на десять дней. — Он говорил, зимние вещи у вас в коридоре лежат, — продолжала Анжела. — Месяц обещает забрать и всё тянет, а у меня сегодня окно. Думаю, сестра не обидится. — Какая сестра? — Ну вы же его двоюродная сестра. Он вас так хвалил. Она достала телефон, чтобы показать, какой Эдик красивый на свадьбе. Терраса, перила в виноградных листьях, внизу озеро, по воде идёт
Показать еще
- Класс
«Два миллиона — и уходишь от моего сына», — сказала свекровь. А муж только засмеялся
— Дам тебе два миллиона, Тоня. На следующий день после штампа о разводе — переведу тебе на карту, — сказала свекровь. — Ты уходишь от Захара, и мы друг другу ничего не должны. Я держала фен над мокрым Чарли и сначала решила, что ослышалась из-за шума. Выключила. Спаниель тут же полез мордой мне в фартук, а Маргарита Ивановна сидела в кресле для хозяев, в пальто, с сумкой на коленях, и ждала ответа. Хозяйка салона ушла на обед, и в зале мы были втроём, считая собаку. — Вы шутите? — Мне в два в налоговую, мне некогда шутить. Я продала дачу в Кратове. Детей у вас нет, квартиры нет, делить нечего. Разведётесь через ЗАГС, это займёт всего месяц, я узнавала. — Маргарита Ивановна, я вам что-то сделала? — Ничего ты мне не сделала. Ты аккуратная, Чарли тебя любит, он никого больше к себе не подпускает. Ты мне нравишься. — Тогда это всё зачем? Она посмотрела на часы, потом на меня. — Мне было двадцать девять, когда я ушла от мужа с маленьким Захаром на руках. Квартиру мы получали вдвоём, а запис
Показать еще
Мама в 62 вышла замуж и попросила меня съехать. Я отказалась — и съехала она
Мама открыла мне дверь в синем платье, которое надевала только на свой юбилей, и сразу сказала: — Оксан, только не кричи. На кухне, на моей табуретке у окна, сидел мужчина в сером костюме. Лет шестидесяти пяти, гладко выбритый, с маленьким порезом на подбородке. Перед ним стоял торт в коробке. — Это Василий Андреевич. — Мама подняла руку, и на безымянном пальце блеснуло тонкое новое кольцо. — Мы сегодня расписались. Я так и стояла с ключами, которые мне не понадобились. — Здравствуйте, Оксана, — мужчина встал. Пока я снимала куртку, он поставил чайник на правую заднюю конфорку. Левая передняя у нас с весны не загорается, и гости всегда сначала щёлкают ею раз пять. Он не щёлкнул ни разу. — Мам, это шутка такая? — Какие шутки. — Мама села рядом с ним. — Он вдовец, у него своя однушка на Луговой. Хороший человек. И вот что, Оксан. Тебе надо съехать. До первого декабря успеешь? — Куда съехать? — У тебя почти три миллиона на счету, ты мне весной говорила, что хватит и на взнос, и на первое
Показать еще
- Класс
Муж снёс стену в моей добрачной квартире. «Мама сказала, так будет лучше»
Я открыла дверь и не сразу поняла, куда делась стена. Из прихожей был виден весь зал, а за ним окно Митиной комнаты. Только комнаты больше не было. Был один большой светлый квадрат, свежая шпаклёвка, новый серый диван и телевизор на кронштейне. У батареи на полу сидел мой сын в наушниках, а вокруг него лежали его книги, приставка и свёрнутый матрас. — Мам, — Митя снял один наушник. — Тебя хоть предупредили? Меня вот нет. Из кухни вышел Артур, вытирая руки тряпкой. За ним показалась его мать, Антонина Сергеевна, в моём фартуке. — Ленка! А мы тебя к восьми ждали. — Артур обвёл комнату рукой, как будто сдавал работу заказчику. — Глянь, а? Ни одной трещины. Мы с напарником за четыре дня управились, пока ты в своём Екатеринбурге училась. — А где Митин стол? — Продал. Старьё же, а под диван место нужно было. — Артур, это моя квартира. Мне её бабушка оставила, когда тебя в моей жизни ещё не было. Почему ты всё сделал без меня? Почему не позвонил, не посоветовался? — А чего звонить? Ты бы с ку
Показать еще
загрузка
Показать ещёДополнительная колонка
О группе
Это место — как вечерние разговоры на кухне. Здесь делятся сокровенным, рассказывают о жизни такой, какая она есть: со слезами, счастьем и надеждой. Заходите, поговорим по душам.
Показать еще
Скрыть информацию
Правая колонка