Здрасьте, я Настя! Читаем вместе

Звонок раздался в половине седьмого утра. Марина проснулась от резкой трели телефона и, не открывая глаз, нащупала трубку на тумбочке. — Алло? — сонно произнесла она. — Марина, это я, — голос свекрови дрожал. — Петр Иванович... он... он умер этой ночью. Марина резко села в постели. Свёкор был в больнице уже две недели, но врачи говорили, что состояние стабильное. — Что случилось? — спросила она, подталкивая локтем мужа. — Сердце остановилось... — всхлипнула Валентина Михайловна. — Врачи говорят, что мирно, во сне... Игорь проснулся и вопросительно посмотрел на жену. Марина прикрыла трубку рукой. — Твой отец умер, — тихо сказала она. Игорь побледнел и протянул руку к телефону. — Мам? Это я... Да, понял... Сейчас приедем... Марина встала с кровати и начала одеваться, чувствуя странную пустоту внутри. Петр Иванович, её свёкор, умер. Мужчина, который двенадцать лет их брака ни разу не назвал её по имени, а только «эта твоя жена». Который при каждой встрече демонстративно рассказывал сыну о

Ира мыла посуду после ужина, когда услышала знакомый звук — муж разговаривал по телефону в гостиной, а по интонации было понятно, что звонил тесть. Николай Петрович звонил регулярно, но последние полгода эти разговоры неизменно заканчивались просьбой о деньгах. — Да, пап, понимаю... Конечно, без крыши никак... — Игорь ходил по комнате, нервно теребя телефон. «Опять крыша», — подумала Ира. Три месяца назад тесть просил денег на кровельные материалы. Тогда он убеждал, что это последняя большая трата, и дача наконец будет готова. — Сколько нужно? — спросил Игорь, и Ира насторожилась. — Сто пятьдесят? Пап, это же... Хорошо, я подумаю. Поговорю с Ирой. Ира выключила воду и повернулась к мужу, который как раз заходил на кухню. — О чём будешь со мной говорить? — спросила она, хотя уже догадывалась. — Папа звонил, — начал Игорь, избегая её взгляда. — У него проблемы с крышей на даче. Оказывается, материалы, которые мы покупали, некачественные. Протекает. — Некачественные? — Ира вытерла руки по

Света включила кофемашину и зевнула, глядя на часы. Семь утра субботы — время, когда нормальные люди спят или мирно завтракают. Но не в их доме. Из гостиной доносился храп — это дядя Гена, брат мужа, который «временно» живёт у них уже третий месяц после развода. «Временно» — Света мысленно усмехнулась. Все родственники Максима жили у них «временно». Полгода назад к ним приезжала его тётка из Воронежа «на недельку», а пробыла два месяца. До неё племянник «переночевал пару дней», пока искал квартиру, — в итоге прожил месяц и уехал, прихватив их хороший плед. Дверь в спальню тихо скрипнула, и появился Максим — высокий, худощавый, с вечно виноватым выражением лица. — Доброе утро, — прошептал он, боясь разбудить дядю. — Кофе есть? — В кофемашине, — сухо ответила Света, не поворачиваясь к мужу. Максим налил себе кофе и присел за стол. Они молчали несколько минут, слушая, как за стеной сопит дядя Гена. — Слушай, — наконец решился Максим, — а что если мы с дядей немного поговорим? Может, он уж

Ирина стояла у плиты, помешивая суп, когда услышала звук открывающейся входной двери. Муж Александр вернулся с работы раньше обычного — часы показывали только половину седьмого. Обычно он приходил не раньше восьми. — Привет, дорогая, — Александр поцеловал жену в щеку и сел за кухонный стол. — Как дела? Маме деньги отправила? Ирина кивнула, не оборачиваясь от плиты. — Отправила. Тридцать тысяч, как обычно. — Хорошо. А на что на этот раз? — На лекарства и продукты. Говорит, пенсии не хватает. Александр нахмурился, доставая телефон из кармана. — Ир, а можешь посмотреть выписку по карте? Сколько мы маме за месяц переводим? — Зачем? Ты же знаешь — тридцать тысяч. — Нет, я про все переводы. Вчера ты еще двадцать тысяч отправляла на "срочные лекарства". Ирина повернулась к мужу, вытирая руки полотенцем. — Саша, у мамы диабет. Лекарства дорогие, нужны постоянно. — Я понимаю. Просто хочу посчитать общую сумму. Ирина достала телефон и открыла банковское приложение. Пролистав историю операций за