Маму-уборщицу посадили к охраннику на выпускном сына. Но когда космонавт взял микрофон, зал замолчал
МАМУ-УБОРЩИЦУ ПОСАДИЛИ К ОХРАННИКУ НА ВЫПУСКНОМ СЫНА. НО КОГДА КОСМОНАВТ ВЗЯЛ МИКРОФОН, ЗАЛ ЗАМОЛЧАЛ ГЛАВА 1. СТОЛ У СЛУЖЕБНОГО ВХОДА — Ой, Алевтина Павловна, а вы что, тоже с нами за стол? Вы бы хоть фартук сняли! Мы же не в столовой! Анжелика сказала это громко. На весь актовый зал. Специально, чтобы услышали все родители. И родители услышали. Кто-то хихикнул. Кто-то отвернулся. Фартука на мне не было. Я сняла его ещё в подсобке, вместе с синим халатом. Переоделась в своё единственное нарядное платье — тёмно-зелёное, трикотажное, купленное шесть лет назад на распродаже за тысячу девятьсот рублей. Причесалась перед зеркалом в учительском туалете. Накрасила губы помадой, которую мне подарили на Восьмое марта. Но Анжелика всё равно видела во мне уборщицу. Потому что я и была уборщицей. В этом самом лицее. Пятый год. Мне пятьдесят четыре. Я мою полы на трёх этажах лицея номер один. Получаю двадцать четыре тысячи. Сегодня у моего сына Ярика выпускной. Ярик — золотой медалист. Победитель
Маму-уборщицу посадили к охраннику на выпускном сына. Но когда космонавт взял микрофон, зал замолчалМаму-уборщицу посадили к охраннику на выпускном сына. Но когда космонавт взял микрофон, зал замолчал
Показать еще
  • Класс
Бабушку из деревни посадили за детский стол на дне рождения внука. Но когда приехал крёстный, сватья побледнела
БАБУШКУ ИЗ ДЕРЕВНИ ПОСАДИЛИ ЗА ДЕТСКИЙ СТОЛ НА ДНЕ РОЖДЕНИЯ ВНУКА. НО КОГДА ПРИЕХАЛ КРЁСТНЫЙ, СВАТЬЯ ПОБЛЕДНЕЛА ГЛАВА 1. ДЕТСКИЙ СТОЛ — Богдан, а это кто? Ваша бабушка из деревни? Ой, давайте её к детскому столу посадим, к аниматорам. Там стульчики пониже, ей с её ногой удобнее будет. Элла Георгиевна сказала это громко. На весь зал. И сама засмеялась первой. Гости засмеялись следом. Не все. Но многие. Я стояла у гардероба ресторана «Империал» и держала в руках пакет. В пакете были вязаные носочки для внука. Синие, с белыми снежинками. Я вязала их две недели, по вечерам, при лампе. И конверт. В конверте пять тысяч. Моя пенсия — шестнадцать тысяч четыреста. Пять тысяч — это почти треть. Мне шестьдесят три года. Я сорок лет проработала фельдшером в деревне Ольховка. Я хромаю на левую ногу. Давно. С девяносто третьего года. Элла Георгиевна — мать моей невестки. Моя сватья. Она впервые видела меня вживую. До этого — только на фотографиях со свадьбы, куда я не смогла приехать: в тот год за
Бабушку из деревни посадили за детский стол на дне рождения внука. Но когда приехал крёстный, сватья побледнелаБабушку из деревни посадили за детский стол на дне рождения внука. Но когда приехал крёстный, сватья побледнела
Показать еще
  • Класс
Санитарку посадили у входа на свадьбе племянника. Но когда отец невесты взял микрофон, родня мужа замолчала
САНИТАРКУ ПОСАДИЛИ У ВХОДА НА СВАДЬБЕ ПЛЕМЯННИКА. НО КОГДА ОТЕЦ НЕВЕСТЫ ВЗЯЛ МИКРОФОН, РОДНЯ МУЖА ЗАМОЛЧАЛА ГЛАВА 1. СТОЛ У ВХОДА — Нелька, ты что, прямо со смены приехала? Девочки, понюхайте, от неё же хлоркой несёт! Анжела сказала это громко. Специально громко. Чтобы услышали все её подружки у фонтана с шампанским. И подружки услышали. Засмеялись. Я стояла у входа в загородный клуб «Серебряный бор» и держала в руках конверт. В конверте было десять тысяч. Я откладывала их с августа. По тысяче, по полторы. Я санитарка в детской областной больнице. Получаю двадцать восемь тысяч в месяц. Десять тысяч — это для меня много. Хлоркой от меня не пахло. Я специально вчера два раза мыла голову. И платье надела новое, синее, с белым кружевом на воротнике. Купила его на рынке за две тысячи четыреста. Продавщица сказала: «Вам очень идёт, женщина». Я поверила. — Анжел, ну зачем ты так, — сказал мой муж Рудик. Тихо сказал. Не мне — сестре. И сразу отвернулся. Анжела — его младшая сестра. Мать жени
Санитарку посадили у входа на свадьбе племянника. Но когда отец невесты взял микрофон, родня мужа замолчалаСанитарку посадили у входа на свадьбе племянника. Но когда отец невесты взял микрофон, родня мужа замолчала
Показать еще
  • Класс
«Ты здесь никто, квартира бабушкина — нам с братом», — сказал муж. Но у бабушки была шкатулка с нитками
На поминках бабы Дуси стол накрывала Анфиса. Одна, с шести утра. Кутья, блины, кисель, щи, котлеты с пюре — всё, как баба Дуся сама просила. Она ещё летом сказала Анфисе, лёжа в своей кровати у окна: «Анфисушка, когда помру, ты уж киселя наделай. Клюквенного. Я его с детства люблю». Анфиса сварила клюквенный. Гостей было человек двадцать. Соседки по подъезду, две старушки из церкви, бывшие коллеги бабы Дуси с ткацкой фабрики. И родня: свекровь Инесса Марковна — бабы Дусина дочь, в чёрном костюме и с жемчугом. Деверь Жора, младший брат мужа, со своей женой. И муж Анфисы, Герман — старший внук. Шесть лет Анфиса ухаживала за бабой Дусей. С тех пор как старушку разбил инсульт. Сначала она ещё ходила по квартире с палочкой, а последние два года уже не вставала. Шесть лет — каждый день. Мыла, кормила с ложки, меняла бельё, переворачивала, чтобы не было пролежней, ставила уколы, водила к ней врачей. Вся семья — Анфиса, Герман и их сын Тима — ради этого переехали в бабы Дусину двушку на Садо
«Ты здесь никто, квартира бабушкина — нам с братом», — сказал муж. Но у бабушки была шкатулка с нитками«Ты здесь никто, квартира бабушкина — нам с братом», — сказал муж. Но у бабушки была шкатулка с нитками
Показать еще
  • Класс
«Дачу твоего отца продадим, деньги нужнее Владику», — сказал муж. Лина молча положила на стол письмо из банка
Письмо пришло во вторник. Обычный белый конверт с синей полосой, в окошке — фамилия мужа, напечатанная заглавными буквами. Ангелина достала его из почтового ящика вместе с квитанцией за свет и рекламой пиццерии. Она бы не стала его открывать. За двадцать восемь лет брака она ни разу не открыла ни одного письма, адресованного Вениамину. Но на конверте красным штампом было напечатано: «СРОЧНО. Досудебное уведомление». Лина постояла у почтовых ящиков. Потом поднялась в квартиру, поставила чайник и всё-таки надорвала конверт. «Уважаемый Вениамин Аркадьевич! Уведомляем вас, что по кредитному договору на приобретение автомобиля Kia Rio образовалась просроченная задолженность в размере 74 300 рублей. Общая сумма долга — 912 000 рублей. В случае непогашения в течение 30 дней банк будет вынужден обратиться в суд и инициировать изъятие залогового имущества». Лина перечитала письмо три раза. Kia Rio. У них никогда не было Kia Rio. У них была старая серебристая «Лада Гранта», которую Веня купил
«Дачу твоего отца продадим, деньги нужнее Владику», — сказал муж. Лина молча положила на стол письмо из банка«Дачу твоего отца продадим, деньги нужнее Владику», — сказал муж. Лина молча положила на стол письмо из банка
Показать еще
  • Класс
Показать ещё