Евгений Кравченко | Адвокат - архитектор банкротства

Скольких бы проблем избежали директора компаний, если бы вовремя читали мой блог! Проблем, потерь денег, краха надежд и утраты веры в людей. Особенно это касается так называемого контролируемого банкротства. Недавно ко мне пришёл директор, которому пообещали провести именно такое банкротство, а потом наглейшим образом обманули. Прямо с изумительной наглостью. Теперь он пришёл ко мне в состоянии катастрофы. Но сначала объясню, как обычно выглядит схема контролируемого банкротства и почему она может развалиться на любом этапе. Подписывайтесь на мой канал в Телеграме или Максе, там я публикую информацию, которой нет и не будет в Дзене. У компании появляются долги. Например, заканчивается выездная налоговая проверка, компании доначисляют серьёзные суммы, а платить их нечем. Директор думает, что делать. И тут появляются юристы с готовым решением: — Надо самим обанкротить компанию. Заведём «своего» кредитора, первыми подадим заявление о банкротстве и назначим «своего» арбитражного управляюще

Что вы представите, если услышите слова «современное рабство»? Наверное, что-то про маленькую зарплату, мучительные условия труда или ситуацию, когда руководитель не пускает в отпуск. Или более тяжёлый вариант: человек приезжает в другую страну, у него отбирают паспорт и заставляют работать за еду на стройке или в поле. Должность директора фирмы от всего этого очень далека. А что, если я скажу, что директор тоже рискует стать почти рабом? Недавно я консультировал наёмного директора компании. Именно наёмного: он был директором, а доли в компании у него не было. Подписывайтесь на мой канал в Телеграме или Максе, там я публикую информацию, которой нет и не будет в Дзене. Пока компания зарабатывала, всё было нормально. Собственник получал прибыль, директор — зарплату. Но потом начались финансовые проблемы. Всё прекрасно работает, когда хватает денег. Проблемы и свары начинаются, когда их начинает не хватать… Ничто не ново под луной. Директор понял, что быть директором дальше опасно, и реши

Руководители бизнеса обращаются ко мне, когда надо провести работу по защите активов. Разумный механизм — разделить операционную компанию, которая ведёт всю работу, и компанию или ИП, которые владеют имуществом, используемым первой фирмой. Подписывайтесь на мой канал в Телеграме или Максе, там я публикую информацию, которой нет и не будет в Дзене. Причём хранителем активов часто выступает не другая фирма, а ИП-директор операционной компании, его супруга или другой родственник. Вот торговая или строительная компания заключает договоры, работает с заказчиками и несёт риски на случай, если прилетят иски от недовольных клиентов или налоговая обратит на бизнес повышенное внимание. А недвижимость, техника, транспорт, товарные знаки и другие активы принадлежат компании или ИП — хранителю активов. Операционная фирма арендует эти активы и платит за это. И вот эти-то платежи потом и становятся предметом спора. А пока до этого не дошло, бенефициар получает легальный доход, наличку и немного эконо

В прошлой статье вы могли прочитать, как налоговая «атаковала» субподряд, полагая, что никакого субподряда не было, а было только желание генподрядчика незаконно сэкономить на НДС и налоге на прибыль. Это мой реальный кейс, где мне удалось победить и доказать, что налоговая не права. Но история на этом не закончилась. С налоговой разобрались. Показали документы, объяснили логику, доказали, что на объекте были именно те люди, которые должны были быть. Работы признали реальными, объект построен и принят заказчиком. Кажется, что к субподряду больше вопросов не будет. Но время идёт, и однажды генеральный подрядчик становится банкротом. Подписывайтесь на мой канал в Телеграме или Максе, там я публикую информацию, которой нет и не будет в Дзене. Конкурсный управляющий получает банковские выписки и видит, что перед банкротством компания перечислила субподрядчику несколько десятков миллионов рублей. И, конечно, мысли конкурсного начинают течь в совершенно понятном направлении — вывод активов

Обычно я пишу здесь о банкротстве фирм, субсидиарной ответственности директоров и защите активов собственников. Но сейчас мы будем много говорить о налогах. Почему? Потому что налоги, а точнее налоговые доначисления по результатам проверок, и банкротство связаны самым тесным образом. Одно прямо вытекает из другого. Недавно я участвовал в рассмотрении акта камеральной проверки строительной компании. Инспекция проверила два квартала, решила, что фирма «нарисовала» себе налоговые вычеты, отменила эти вычеты и таким образом доначислила 20 млн руб. Подписывайтесь на мой канал в Телеграме или Максе, там я публикую информацию, которой нет и не будет в Дзене. Сразу подчеркну: пока что это только акт проверки. Итоговое решение ещё не вынесено, поэтому нельзя утверждать, что эти суммы уже окончательно доначислены и компания обязана их заплатить. Пока что «бодаемся». Во время рассмотрения материалов проверки заместитель начальника инспекции сказал: — Про НДС забудьте. В стройке НДС нет и не надо

Когда человек открывает бизнес, даже думать не хочется о том, как потом из этого бизнеса выходить. Надежды, идеи, азарт от начала чего-то нового — кто тут будет размышлять о том, что делать, если начнутся проблемы? Никто, за редчайшим исключением, и не думает. Подписывайтесь на мой канал в Телеграме или Максе, там я публикую информацию, которой нет и не будет в Дзене. Человек регистрирует ООО на себя, становится единственным участником и генеральным директором. Компания начинает работать — заключает договоры, нанимает сотрудников, получает кредиты и платит налоги. Всё нормально. А потом появляются проблемы. Сначала это кассовый разрыв. Затем — уже более длительные долги перед поставщиками. Потом добавляются неуплаченные налоги, исполнительные производства, заблокированные счета. Понятно, что от этого бизнеса надо избавляться. Предприниматель понимает, что заниматься этой компанией больше не хочет. Возможно, он уже открыл новое направление и хочет переключиться на него. От старой пробле

Представьте: компания работает, директор получает письма, бухгалтер сдаёт отчётность, есть договоры, заказчики должны деньги. Но налоговая идёт в суд и просит признать такую компанию отсутствующим должником. И обанкротить. На первый взгляд звучит странно. Как фирма может быть «отсутствующей», если она никуда не исчезла? В одном из моих дел произошло именно это. У компании был долг перед налоговой, и инспекция подала заявление о банкротстве. Фирма возражала. В отзыве ссылалась на действующие договоры, выполненные работы, дебиторскую задолженность и имущество. Объясняла, что ожидает поступления денег от заказчиков и рассчитывает погасить налоговый долг. И никакая она не отсутствующая. Но суд всё равно признал компанию банкротом и открыл конкурсное производство. Подписывайтесь на мой канал в Телеграме или Максе, там я публикую информацию, которой нет и не будет в Дзене. Для предпринимателя ситуация выглядит примерно так: — Я же никуда не исчезал. Компания работает. Почему нас называют от

Я нередко бываю на заседаниях в Арбитражном суде Москвы. Однажды обратил внимание, что во второй половине дня у судьи в расписании шли заявления налоговой о банкротстве компаний. Одно за другим, с короткими интервалами. Это наблюдение из одного судебного дня. Делать из него статистику по всей стране я не собираюсь. Но для собственника, который годами держит компанию с налоговым долгом и ждёт, что про неё забудут, повод задуматься вполне конкретный. Подписывайтесь на мой канал в Телеграме или Максе, там я публикую информацию, которой нет и не будет в Дзене. ФНС централизует работу с налоговыми долгами. Под это создана уже целая организационная инфраструктура: отдельные центры компетенции по То есть налоговая понимает, как она работает с долгами перед бюджетом и имеет алгоритм этой работы. Инспекция уже давно ничего не «теряет» и не «забывает». Представьте: деятельность фирмы остановилась. Заказов нет, сотрудники ушли, на счёте пусто. Собственник уже занимается другим проектом, а старую

Давно я не писал про уголовные дела в банкротствах. А я ведь адвокат. Когда собственник понимает, что компания уже не вытягивает долги, его часто пугает не только тягостная процедура банкротства и субсидиарная ответственность. Возникает еще вопрос: — Может ли быть за это уголовное дело? Страх подпитывают кредиторы, бывшие партнёры и иногда собственные юристы: — Это преднамеренное банкротство — Заявим о мошенничестве — Следователь быстро разберётся, куда ушли деньги. В итоге директор начинает воспринимать само слово «банкротство» как почти готовое уголовное дело. Страх и неизвестность парализуют. Я знаю эту систему не только как адвокат. До адвокатской практики я работал в прокуратуре и видел, как собирается материал проверки, как первоначальные объяснения превращаются в основу будущей версии обвинения и насколько трудно потом исправить неосторожно сказанное. «Первое слово дороже второго». Подписывайтесь на мой канал в Телеграме или Максе, там я публикую информацию, которой нет и не б

На прошлой неделе вы могли прочитать статью, в которой я рассказывал, что обычные отношения собственника с бизнесом могут стать «ловушкой», если компания (или одна из компаний, входящих в группу) упадёт в банкротство. Эта статья — логическое продолжение той. Здесь постараюсь дать вам небольшие инструменты для самодиагностики вашего бизнеса. Чтобы вы смогли хотя бы примерно увидеть, откуда исходит риск. Поехали. Подписывайтесь на мой канал в Телеграме или Максе, там я публикую информацию, которой нет и не будет в Дзене. Когда я разбираю ситуацию собственника, пришедшего на консультацию, я не смотрю на его основную компанию как на сферический в вакууме объект. Потому что компания таким объектом не является. У неё куча связей — с собственником, с другими компаниями, с поставщиками, клиентами, кредиторами. Предприниматель обычно рассказывает примерно так: По отдельности можно бесконечно разбирать каждую из этих конструкций. Но сначала полезнее сделать другое. Нарисовать весь бизнес н