«На кой чёрт нам уголь?»
— На кой чёрт нам уголь и железная руда! — выпалил Букарев. В кабинете повисла тишина. Президент компании медленно поднял глаза... Этот карьер когда-то начинался на его глазах. От взрывов вздрагивала заполярная, глубоко промёрзшая земля. Циклопические экскаваторы грузили в самосвалы первые тысячи тонн руды, в которой были алмазы. Работа шла круглые сутки. Однако чем дальше от поверхности вглубь уходили люди, тем трудней доставались драгоценные камни. Месторождение с большими запасами алмазов геологи нашли рядом с Северным полярным кругом. Зима – почти восемь месяцев в году. Морозы за 60 градусов. А коротким летом – 35 градусов жары. При этом алмазоносная трубка проходит через самый большой на земном шаре слой вечной мерзлоты толщиной 1 400 метров. Уже после первых десятков метров начались проблемы. Прежде всего – загазованность. Несмотря на безостановочную работу мощных вентиляторов, с большим трудом удавалось проветрить уходящий вглубь земли карьер от выхлопных газов машин и дымов пос
«На кой чёрт нам уголь?»«На кой чёрт нам уголь?»
Показать еще
  • Класс
stakanmolo
Тайна странного постояльца
Вначале робко, а затем всё более уверенно девушка начала рассказывать о себе совершенно незнакомому человеку, внушившему недавним своим поступком полное доверие. Вероятно, при других обстоятельствах она бы и внимания-то не обратила на старого слугу, бывшего когда-то крепостным, а затем солдатом армии, победившей прославленного Наполеона. Куда уж простым смертным! Они ближе к земле жмутся. А те, богатые, знатные, сильные, норовят и здешнюю жизнь на широкую ногу поставить, и ту, неведомую, но неотвратимую, превратить в продолжение первой. Глаша тем временем всячески уклонялась от приставаний хозяина. – Убытки, убытки, – сокрушался он, норовя ущипнуть Глашу, – теперь эта юная дармоедка мне на кону досталась. – Вам же заплатили за три дня. Чего вы жалуетесь? – А если она здесь больше проживёт? Кто заплатит? Поручик вон давеча грозился. Убытки, убытки… Хоть ты, Глаша, меня пожалей. – Вам не нужно больше пить: бутылка пустая уже. Вспомните: у вас замужняя дочь, внук. – Ни кожи у тебя, Глашка
Тайна странного постояльцаТайна странного постояльца
Показать еще
  • Класс
Поручик и барышня на постоялом дворе
Память услужливо перенесла Сашку к ночному костру за несколько дней до Бородинской битвы. Будто и не было сорока прожитых лет: он, молодой и сильный, сидит в кругу других солдат. – Поели, – говорит один, хлопнув себя по животу, – силы набрались. – А в чём сила? – спрашивает другой, дюжий рыжий солдат. – Так я ж сказал: в еде, – отвечает первый. Он невысокий, тщедушный, постоянно вертит головой. – Тебе бы только поесть, – усмехается рыжий. – Невелик, да прожорлив. И куда в тебя лезет? – А всё входит, – добродушно смеётся первый. – Не о том говорите, – вмешивается старый солдат со шрамом на щеке. – Ты спросил, в чём сила? – обратился он к рыжему. – Сам-то как думаешь? Вы читаете продолжение. Начало здесь – А чего тут думать? – огрызнулся рыжий. – Вон их сколько к нам пожаловало: не сегодня завтра угощать придётся. Да хватит ли припасов?.. Вот и сила… – Сила, говоришь, – вздохнул солдат со шрамом. – У француза сила что лошадь сива: под горку летит, аж земля дрожит, а в гору не везёт. – Эт
Поручик и барышня на постоялом двореПоручик и барышня на постоялом дворе
Показать еще
  • Класс
Спор на постоялом дворе
В герое должно быть благородство, порода должна быть. А какое благородство в Сашке? Пёс безродный. Жизнь он отдавал! Сермяга, а туда же! Нет, в центре его повести или романа (там уж как выйдет) будет человек благородный. Польстим самолюбию либералов, сделаем даже его незаконнорожденным. Мать – простая русская крестьянка, красивая, наделённая от природы богатыми душевными качествами. Новая бедная Лиза. Отец – столбовой дворянин, граф, офицер, слуга царя и Отечества. Обязательно романтическая подоплёка: дамы это любят. Пыхин настолько увлёкся мыслями о предстоящем «шедевре», что позабыл и о хозяине, и о его слуге. К реальности его вернул голос Сашки, который уже несколько минут что-то рассказывал. – Так вот бежим мы, штыки наперевес, а француз от нас. На волну похоже. Движется она грозно, пока не выдохнется, тогда уж спадать начинает. Так и тут. А я споткнулся об убитого и упал. Гляжу: неподалёку венгерский гусар лежит без ног в луже крови. Смотрит на меня, стонет чуть слышно, а левой ру
Спор на постоялом двореСпор на постоялом дворе
Показать еще
  • Класс
Заслуживающий бессмертия роман
Сама построила себе дом, подобно Леониду Леонову, страстно увлекалась садоводством. 18 июля 2026 года Россия обеднела на одного настоящего писателя – ушла Зоя Прокопьева. Ушла тихо, без цветистых некрологов, без сетевой шумихи. Но остался её роман «Своим чередом» – мощный, самозародившийся из духа русской истории трагический и одновременно жизнеутверждающий эпос. Россия – страна парадоксов. В 30–40‑х годах прошлого века (половина романа Зои Прокопьевой приходится на эти годы) самой знаменитой русской «девушкой из народа» была Любовь Орлова, а самым знаменитым русским киновоином – Марк Бернес… Талантливые актёры, харизматичные, обаятельные. Но разрыв между реальной правдой и кинематографической, показной, был глубок, как котлован Платонова или котлован для завода-гиганта (а в годы репрессий и для самих себя!), который копала уникальная коммуна краюхинцев, объединённая вокруг лидера, главного героя романа «Своим чередом». Романа, не вмещавшегося в главные литературные премии, полного той
Заслуживающий бессмертия романЗаслуживающий бессмертия роман
Показать еще
  • Класс
На постоялом дворе
Вторую неделю метель кружила над городком большой белой птицей. Всё: и редкий прохожий, и сгорбившиеся деревья, и притаившиеся дома – проплывало перед глазами бесформенной массой. Постоялый двор в эти дни словно осиротел. Люди спешно выезжали в густую пелену и исчезали так же быстро, как когда-то объявлялись здесь. Они боялись, что метель никогда не кончится и придётся навеки остаться здесь слушать бой настенных часов, шаркающие шаги старого слуги Сашки и слащаво-угодливую речь хозяина Авдеича, крепкого рыжего мужика с ловкими, сильными руками. Каждый отъезд сопровождался причитаниями: «Куда же вы, милостивцы наши? Нешто вам здесь не угодили? Уж, кажись, и так, и эдак… Эх-х!» Авдеич заглядывал в глаза, будто чего-то искал в них. Отъезжающие торопились ещё сильнее, а оказавшись в поле во власти ревущего ветра со снегом, от души поругивали и двор, и хозяина, хотя и двор, и хозяин были ничем не хуже тысяч других таких же в России. В итоге остались двое постояльцев. Первый – маленький, сух
На постоялом двореНа постоялом дворе
Показать еще
  • Класс
Страсти африканские
Из иностранных слов наши только знали «хенде хох», ну, может быть, «мерси». Кого только не заносит ветер несчастий в наш приют... Интеллигентные обманутые бывшие владельцы квартир, профессиональные алкоголики, люди, вышедшие из мест лишения свободы (откинувшиеся!), уставшие от Москвы и жизни вообще бездомные психохроники, вахтовики, потерявшие деньги и документы, иностранцы с просроченной визой или просто без неё... Список настолько большой и настолько удивляющий разнообразием, что никакой фантаст не придумает. Конечно, всем, как можем, помогаем вернуться из захватывающей воображение пучины бед и испытаний в скучное, но, по правде сказать, тоже в недостаточно предсказуемое правовое поле. Это бывает сложно. Но стараемся. Казалось, что удивить нас уже совсем нечем. Но действительность создаёт сюжеты, которые захватывают пуще любого детективного или любовного романа. ...В этот раз вихрь страстей и надежд на экзотическое зарубежное счастье принёс к нам… как бы это культурно сказать, ну, н
Страсти африканскиеСтрасти африканские
Показать еще
  • Класс
Планетяне
Сашко пропал. Весть об этом прокатилась по деревне не сразу. Пятеро жителей когда-то большой деревни Ручьи встречались редко – их дома стояли в разных концах. Вот если бы осень была или зима, и в каком-то дому не зажёгся свет, сразу бы смекнули – неладное стряслось. А тут – самое начало июля, белые ночи догорали, электричество в избах никто не включал. Чуть смеркалось – просто ложились спать. Спохватились, когда Сашко не явился к автолавке, приезжавшей раз в неделю, по средам. Денег у соседа водилось мало, но к автолавке он обязательно приходил, брал хлеб и консервы, макароны, кусочек колбасы и самый дешёвый кофе. Первой забеспокоилась Надежда: – Где Сашко-то? Давно не видали? Три года назад она вышла на пенсию, с апреля по октябрь жила с матерью, которую все звали Степановной, здесь, в деревне. Степановна, старуха девяносто пяти лет, упёрлась, что помирать будет только в своём родовом дому, а не в городской квартире. Ходить она уже не ходила, только лежала на кровати все дни, дожидаяс
ПланетянеПланетяне
Показать еще
  • Класс
Путь в Осиновку
Помню, был у Лины Григорьевны Зуевой в гостях. Теперь нет с нами этого удивительного человека, а дело её живёт… Именно Лина Григорьевна в далёком уже 1971 году, при ДК «Транспортный Строитель», основала хор «Русское поле». Сейчас, если бы Валентина Фёдоровна Завалко не возглавила наш хор, то может быть, и хора уже не было. Это жизнь… Состав хора по понятным причинам менялся, и через участие в хоре за годы, думаю, прошло действительно много человек. А кто они, эти люди? Кто? Это те, кто строили, кормили, лечили, учили… А память неизменно возвращает назад: без прошлого мы труха. В коронавирусное время все репетиции хора отменили. Но когда наступила весна двадцать первого года, нам разрешили репетировать. Состав хора почти полностью поменялся. Причина житейская: люди стареют, умирают. Эх, дорогая Ниночка Колбосова, как наказывала ты мне: «Толик! Когда помрём, ты табличку установи, де тут покоится народный хор «Русское поле», а мы и там будем петь». Только как мне это сделать, если все пок
Путь в ОсиновкуПуть в Осиновку
Показать еще
  • Класс
Не клади все алмазные яйца в одну корзину
Владислав до сих пор помнил давний случай. Он только что стал заместителем начальника строительного объединения, которое выполняло работы для «Севресалмаза». Из небольшого городка, где до того руководил участком, оказался в «алмазной столице». Получил место в общежитии, жена с дочерью остались в городке. Как-то летним вечером шёл в раздумьях по улице. Знакомых — никого. Одна отрада в бесконечные и светлые летние вечера — книги, которых он набирал сразу по несколько штук и поглощал в считаные дни. Вдруг на другой стороне улицы увидел генерального директора «Севресалмаза» Крикунова. Тот тоже шёл один. Заметил Широкова, перешёл улицу. — Привет, Владислав! Как дела? Широков удивился. Он и представить не мог, что «генерал», отвечающий за огромное предприятие с десятками тысяч работников, загруженный множеством сложных проблем, запомнит его, молодого прораба, с которым пару раз, да и то мимоходом, спорил о причинах сбоев на строительстве заполярного горно-обогатительного комбината. Обрадован
Не клади все алмазные яйца в одну корзинуНе клади все алмазные яйца в одну корзину
Показать еще
  • Класс
Показать ещё