Предание.ру

Насколько существенна разница между христианскими конфессиями, если Библия у всех — одна? Как ответить на этот вопрос, не прибегая к долгим лекциям по сравнительному богословию? Мы продолжаем цикл «Смысл. Опыт. Ответы» — для тех, кто хочет не просто «ходить в церковь», а понимать, что там происходит и зачем. В шестой беседе цикла разбираемся, почему «одной Библии» не существует даже внутри одной конфессии — и что из этого следует. Чтобы объяснить человеку, в чем разница между конфессиями, требуются хотя бы базовые знания христианства в рамках одной из этих конфессий. Поскольку я не являюсь богословом или религиоведом, а вопрошающие, как правило, имеют о христианстве расплывчатые представления, то я постараюсь ответить на этот вопрос просто. Во-первых, оригинальные рукописи (первотексты) библейских книг Ветхого Завета давным-давно утеряны. И до потомков на языке оригинала — еврейском — дошли списки с разночтениями. К тому же есть серьезное расхождение между еврейским текстом и Септуагин

Падение столицы Византии породило на Руси целый литературный жанр, у которого есть и богословское содержание. Ведь речь шла о конце христианского мира, о судьбе человека перед угрозой краха всех ценностей. Молитвы, родившиеся в такой ситуации и сохраненные автором «Повести о взятии Царьграда турками в 1453 году», актуальны и для нас — когда мы сталкиваемся с ощущением утраты своих опор, с тревогой перед неопределенностью. «Ты же, непорочнейшая владычица и Богородица, человеколюбивая по природе Своей, не оставь город этот милостью Своей, но как Мать христианскому роду защити, и сохрани, и помилуй его, наставляя и поучая во все времена как человеколюбивая и милостивая Мать, да прославится и в нем и возвеличится имя великое Твое вовеки!» «Господи, Господи! Грозно естество твое и непостижима сила; древле и горы, познав силу ту, затряслись, и все сотворенное содрогнулось, солнце же и луна ужаснулись, и блеск их померк, и звезды небесные ниспали. Мы же, несчастные, всем этим пренебрегли, сог

Чистого листа нам обычно никто не дает. Новую работу приходится начинать после старой, неудавшейся. Новые отношения — с памятью о прежних. После болезни остается опыт болезни, после войны — война, после смерти близкого — пустое место, которое уже никто не займет. И все же иногда жизнь действительно начинается еще раз. Не с нуля — с того самого места, где она сломалась. Пять фильмов из медиатеки «Предания» рассказывают именно о таких вторых попытках. СССР, 1980. Режиссер Александр Сокуров Начальник ГАИ становится таксистом — для большого жизненного краха звучит почти несерьезно. Никто не умер, герой не потерял дом, не пережил войну. Его просто «разжаловали»: вчера он был начальником, сегодня возит пассажиров. Но Сокурова интересует именно это состояние — когда привычное место человека в мире внезапно исчезает. Герои фильма почти лишены имен: таксист, милиционер, пассажир, автоинспектор. А значит, особенно важным становится переход из одной социальной роли в другую. Человек, который еще

Мы продолжаем цикл «Смысл. Опыт. Ответы» — для тех, кто хочет не просто «ходить в церковь», а понимать, что там происходит и зачем. Молитва — одна из основ христианской жизни. Но стоит начать, как появляются вопросы. Какими словами молиться? Обязателен ли молитвослов? Что делать, если тексты непонятны, времени нет, а сил — тем более? И почему одни священники требуют вычитывать трехканонник перед причастием, а другие говорят: «Молись как можешь»? В пятой беседе цикла разбираемся, откуда взялось молитвенное правило, зачем нужен молитвослов, что делать с нехваткой времени и почему молитва своими словами — не «второй сорт». Религиозный опыт тесно связан с практикой молитвы. Но важно, чтобы она была соразмерна нашему духовному уровню. Для тех, кто делает первые шаги в христианстве, достаточно научиться молиться своими словами, помимо использования молитвы, оставленной Господом, — «Отче наш». Если все, что мы имеем, — дар Бога, то вполне естественно, проснувшись утром, сказать Ему «спасибо»:

Иранский режиссер Асгар Фархади, чьи картины «Развод Надера и Симин» и «Коммивояжер» получили «Оскар», снова работает во Франции, где когда-то снял «Прошлое». Его «Параллельные истории» (Histoires parallèles) впервые показали в мае 2026 года в основном конкурсе Каннского фестиваля. Картина вдохновлена «Декалогом: шесть» — шестой новеллой телецикла Кшиштофа Кесьлёвского. Одна из главных мыслей фильма в том, что литература не только берет материал из жизни, но иногда возвращается обратно и начинает эту жизнь менять: человек читает историю, в которой узнает возможную версию самого себя, и вдруг оказывается способен на то, чего раньше даже не собирался делать. Действие происходит в наши дни, где-то в центре Парижа, но это совсем не тот открыточный Париж с красивыми интерьерами, который часто показывают в кино. Мы видим старые дома, балконы, захламленные квартиры, где вещи годами копятся по углам, под раковиной живут мыши. И никто не собирается вызывать дератизатора и наводить порядок. Люди

Баронесса, ученица теолога, собеседница интеллектуалов Европы, автор, которого выдвигали на Нобелевскую премию, — все это Гертруд фон Лефорт, чья жизнь вместила две мировые войны, Веймарскую республику, нацизм и разделенную Германию. К 150-летию со дня рождения писательницы — о том, как читать ее сегодня и почему ренессансные ангелы на страницах ее романов все еще говорят с русским читателем. Открывая «Плат святой Вероники», можно почувствовать некоторый классовый ресентимент. Примерно четверть книги отведена описанию интерьеров дома, где растет главная героиня. Здесь есть венецианские люстры, «музицирующие ангелы Мелоццо да Форли в превосходных копиях, изготовленных специально для бабушки» и «маленькая неутомимая пчела из герба могущественных Барберини». «Прикольно, — подумала я. — У меня есть съемная однушка и батин эспандер из восьмидесятых». Но что будет, если отойти от насущных проблем и попытаться проникнуть в изящный мир фон Лефорт, словно машущий кружевным платком из ушедшего с

Апокалипсис — самая спорная книга Библии. Одни видят в ней зашифрованное пророчество о конце мира, другие — источник вдохновения для социальных и политических теорий, третьи — предмет для бесконечных споров о «шестерках» и «звере». Архимандрит Феогност (Пушков) предлагает прочитать книгу иначе: в ее прямом историческом контексте. По его убеждению, оригинал говорит не о далеком будущем, а о событиях 68–69 годов — гражданской войне в Риме, Иудейской войне, Лже-Нероне и ожидании скорого конца. Если в Библии нужно найти самую проблемную книгу, чтение которой принесло христианству больше всех внутренних и внешних проблем, то, без сомнения, это будет Апокалипсис! С другой стороны, Апокалипсис — это книга, породившая массу глубоких социальных и политических теорий. Люди, не зная ее оригинального смысла, то и дело увлекались ее яркими образами и встраивали их в современную ситуацию. Тем, кто поумней, Апокалипсис служил источником глубоких размышлений о базовых принципах политики, социологии, в

Мы продолжаем цикл «Смысл. Опыт. Ответы» — для тех, кто хочет не просто «ходить в церковь», а понимать, что там происходит и зачем. Вот сцена, знакомая почти каждому. Вы подходите к священнику — с вопросом, за советом или просто поздороваться — и на полпути замираете: как его назвать? «Батюшка»? «Отец Сергий»? «Ваше преподобие»? А может, просто «здравствуйте»? И если он протянет руку — пожимать или нет? Или целовать? И что делать, если целовать не хочется? Вокруг этих мелочей накручено столько правил и страхов, что люди порой предпочитают вообще не подходить к священникам. Между тем церковный этикет — не воинский устав и не экзамен на «правильность». Он менялся веками, в разных странах выглядел по-разному и сегодня не является чем-то раз и навсегда застывшим. В четвертой беседе цикла разбираемся, как обращаться к диаконам, священникам, епископам и монахам. Главный принцип здесь прост: естественность и уважение — без театра и без подобострастия. В первые века христианства особых титулов

Святитель Игнатий долгие годы вел активную переписку с духовными чадами — монахами и мирянами. И в этих письмах не только объяснял, как и когда нужно молиться, но и предлагал образцы молитв, которые и мы можем использовать в своем молитвенном правиле. Троице Святая, — Бог, — слава Тебе! Слава Тебе, Боже, даровавшему нам бытие, даровавшему нам спасение, дарующему нам, во тьме и сени смертной сидящим, познание истины и утешение, истекающее от веяния на нас Духа Святаго Твоего, содействующаго Святой Истине Твоей, которая — Твое Слово. Познавшие и приявшие Святую Истину вступили под влияние, водительство Святаго Духа, суть часть Господня, жребий Его. Во главе прочих знаний и впечатлений, не оглавленных Истиною, — сатана. И последуют сатане ангели его; они часть его; жребий их с ним. Землю да снедят вся дни живота своего и на персях своих да ходят. Такое определение низошло на них от Судии всех Бога. Удел их плотский разум; облачение — ветхость Адамова. Боже! Они — Твое достояние, — Твои со