Советские фильмы,спектакли и телепередачи🎥

Как пьяные Никулин и Высоцкий таранили ГАИ, а Райкин на спор пересекал Тверскую

После аварии с Михаилом Ефремовым все стали вспоминать, кто из знаменитостей садился за руль пьяным. Ну хотя бы раз. И оказалось, что таких было много. Особенно в советское время. Можно даже сказать, что это такая звездно-советская традиция — показывать удаль, славу и почитание гаишников. Понты, одним словом. Случилась такая история и с Юрием Никулиным. Вообще-то Юрий Владимирович почти не пил. «Лучше я съем чего-нибудь», — полагал он, будучи на фронте, и менял спирт на сало. Уже после войны (а он прошел и финскую, и Великую Отечественную) выпить Никулин мог, конечно, но лихачить под градусом — это было для него скорее исключение. Чего не скажешь о Высоцком, который тоже был героем этой истории. Оба — и Никулин, и Высоцкий — были страстными автомобилистами. Хотя близкими друзьями не были. И Никулин, к слову, впоследствии очень жалел, что им не довелось общаться чаще и ближе. Но Никулин несколько раз приходил на спектакли и на концерты Высоцкого. Он любил его песни — военные, само собой, но и «блатные» тоже. А Высоцкий обожал цирк. Вот такие совпадения. Да и в общих компаниях они периодически оказывались. «Ты что — опупел?!» Как рассказывал журналист-международник Мэлор Стуруа, однажды он оказался в гостях у Александра Митты и встретил там Юрия Никулина и Владимира Высоцкого. Высоцкий был в плохом настроении из-за очередной ссоры с Мариной Влади. Своего раздражения он не скрывал, и хозяин дома, как и гости, понимали, что упрашивать его спеть под гитару бесполезно и не нужно. «Зато Никулин был в ударе, сыпал анекдотами», — рассказывает Стуруа. И вот, пытаясь разрядить обстановку и как-то расшевелить Высоцкого, Стуруа его спрашивает: «А кто из вас, интересно, популярнее — ты или Никулин?» Вопрос попал в цель, самолюбие Высоцкого было задето. К тому моменту он уже успел основательно выпить. Но Никулин вдруг поддержал тему и тоже стал подзадоривать Высоцкого. Чтобы ввести Владимира Семеновича в раж, много усилий никогда не требовалось. До утра гости и хозяин и спорили, и смеялись, и доказывали крутизну. Разошлись уже под утро. Все были довольно пьяны, и развозить компанию по домам взялся Никулин, хотя был точно в таком же подпитии. Когда все загрузились в никулинскую «Волгу», спор о популярности как-то сам собой возобновился. Перед ними ехала машина ГАИ. И Никулин, который был за рулем, спросил сидевшего сзади Высоцкого: «А вот ты на такое способен?» И догнав гаишников, стал подталкивать бампером своей «Волги» их машину. «От такой наглости хмель сошел с нас, — рассказывает Стуруа. — ««Ты что — опупел?!» — вскрикнул я». Ну, а дальше происходит вот что: офицер ГАИ, просигналив, чтобы Никулин остановился, в бешенстве и недоумении выходит из машины и подходит к «Волге», чтобы поинтересоваться, кто этот сумасшедший за рулем. «Сумасшедший» высовывает лицо навстречу офицеру и выдыхает водочный перегар. Офицер только-только набрал в легкие воздуха, чтобы показать негодяю, где раки зимуют, как лицо его вытягивается и он торжественно берет под козырек: «Ой! Товарищ Никулин! Это вы?!» И мгновенно расплывается в счастливой улыбке. После фильма «Ко мне, Мухтар!» Никулин стал кумиром всех милиционеров СССР и, продолжая сиять, протягивает штрафную квитанцию и просит дать ему автограф. Никулин, с лицом победителя, великодушно соглашается, ставит подпись, а потом показывает счастливому офицеру на заднее сиденье и небрежно замечает: «Вот, везу пьяного Высоцкого домой». У гаишника, вспоминает Стуруа, «аж глаза на лоб полезли. Никогда в жизни ему не доводилось видеть этих двух своих идолов так близко, да еще вдвоем!» В полуобморочном состоянии парень просовывает голову поглубже в салон «Волги» и блаженно шепчет: «Товарищ Высоцкий, товарищ Высоцкий…» И дальше всю оставшуюся дорогу пьяная компания проехала по еще пустынной рассветной Москве с полнейшим почетом — «Почти что как члены Политбюро. Перед никулинской „Волгой“ шел автомобиль ГАИ. Сверкала мигалка, ревела сирена. Никулин уверенно крутил баранку, Высоцкий столь же уверенно спал…» — описывает Стуруа «ничью» этого актерского соревнования за популярность. Райкин на спор пересекал две сплошные на глазах у милиции Знаменитый фотограф Валерий Плотников, знакомый, кажется, со всеми самыми известными людьми Советского Союза, тоже рассказывает, что актерская популярность и слава были чем-то вроде твердой валюты и безотказного пропуска. — «Многие тогда бравировали своей популярностью, — рассказал Плотников. — Например, Аркадий Исаакович, слава которого действительно была огромной, на спор пересекал две сплошные линии на улице Горького, которая теперь Тверская». К его машине, естественно, бежал и свистел товарищ в фуражке. Аркадий Исаакович приоткрывал окно и ласково смотрел на милиционера, который от восторга, конечно, тут же проглатывал свой свисток. Гаишники тогда на Горького были такие красавцы — в красных фуражках и белых крагах с раструбами. «Ой, поставьте автограф, пожалуйста, а то никто же не поверит, что я вас видел», — в обожании лепетал гаишник Райкину. Магия кино в те времена была такова, что на местах киносъемок собирались толпы людей, а к артистам относились как, извините за штамп, к небожителям. И популярность Никулина и Володи Высоцкого тоже была, конечно, о-го-го какая.