Дом рассказов Александра Райна

Как-то раз в детстве мы с одноклассником после уроков прогуливались до спортшколы, и он мне сказал, что вчера они дома ели вкусный торт. — А что за праздник? — поинтересовался я. — Да не было праздника. Мы иногда покупаем торт просто так. — Это зачем? — я искренне не понимал, словно мы разговаривали на разных языках. — Ну просто, захотелось торт, и папа купил. От одноклассника всё это звучало подозрительно обыденно, словно купить торт посреди недели без всякой на то причины не звучит фантастично. А что дальше? Люди начнут запускать фейерверки после работы? Я прям представил, как уставший батя выходит с работы, сворачивает в первый попавшийся двор, устанавливает фейерверк, поджигает, секунд сорок это всё взрывается, отражается в окнах, батя молча смотрит, покуривая, потом сворачивается и довольный едет домой. Или может теперь ещё и в будние дни дома гирлянды вешать? Или без всякой причины водить хороводы во дворе? Что значит: купили торт просто так? Можно же съесть шоколад, или печенье

Первая часть тут Настю Вадик на время оставил в покое, а сам записался на курсы жестового языка. За три недели занятий он вдруг четко осознал, что это не проще, чем научиться управлять атомным ледоколом. Всё, что он выучил, — пара бытовых фраз, часть алфавита, несколько матерных слов, чтобы филигранно посылать коллег, и несколько существительных, которые никак не могут связаться в нормальное предложение. В итоге, не желая потратить впустую годы на приобретение ненужного ему навыка, он решил ускорить процесс. Как-то раз после смены Колбунов подошел к рукомойникам, где Настя пыталась хлорированным раствором отмыть то, что не отмыть даже самыми сильными молитвами. Ни на что особо не надеясь, Колбунов резкими жестами, словно делал рэперскую распальцовку, поздоровался, представился и спросил, как дела. Он хотел добавить еще пару заученных словечек, но тогда суда ему точно не миновать. Ответом был очередной пустой взгляд. «Может, никакая ты не глухая, а просто дурочка или вообще инопланетян

— Так, мужчины, вопрос у нас с вами сегодня будет очень деликатный и очень не-о-жи-дан-ный. Не знаю, как для вас, для меня точно, — начал собрание начальник цеха, когда все работники собрались в столовой. — Как вы знаете, у нас появился новый сотрудник. Вернее, сотрудниЦА, — он с нажимом выделил «-ца» и даже повторил, — сотрудница. И я всё понимаю. Молодая. Привлекательная. Пахнет духами. И многие тут разведены. Ну или говорят, что разведены. Это я тоже понимаю. Начальник обвел взглядом усталые закопченные лица. Кто-то улыбался. — Но надо понимать, — резко сменил он тон, — что здесь не бар, не клуб и вообще не место, чтобы зажимать по углам или щупать пусть и красивую, но всё-таки такую же сотрудницу. К тому же с особенностями… — он запнулся и посмотрел в сторону. — Ну вы поняли. — Так она всё равно никому не расскажет, — раздался чей-то голос с задних рядов. По столовой прокатился гогот. — Качемазов, это ты, что ли, ее там домогался? — голос начальника ударил хлыстом. Все умолкли. — Н

Вчера иду с коробкой книг в Ozon. Впереди меня двое парней лет двадцати что-то очень бурно и по-профессорски обсуждают. Прямо посреди улицы у них велась какая-то высокоинтеллектуальная беседа.  Обогнав их и уже хотел включить третью передачу, но тут не смог себя пересилить и решил послушать диспут. Уж больно много интересных слов звучало из уст будущего страны: «логично», «соответственно», «применимо», «разумно» и даже, как ни странно, «филигранно». Я всё никак не мог зацепиться за суть беседы, но тут зашагал с ними в ногу, постарался отфильтровать шумы, да и ребята прибавили громкость. — Короче, для примера: подходишь к КСО (кассе самообслуживания), — говорит первый. — Так. — выкладываешь, допустим, буханку чёрного, молоко и яйца. — Ага. — Пробиваешь пакет и начинаешь сперва всё это складывать и только потом оплачиваешь. — Разумно. — Пробиваешь хлеб и яйца, а колбасу — нет. Так у тебя получается халявная колбаса. — А если поймают? — Тогда просто оплачиваешь колбасу и всё. — Ну да, лог

Решил я, значит, купить утяжеленное одеяло. Начитался в этих ваших интернетах, что сон улучшается на 80 % — мол, создается эффект объятий. Мы с женой редко во сне обнимаемся: то жарко, то руки затекают, то кошка разводит нас, как Моисей — морские воды, развалившись между нами урчащей тушкой. А я еще и сплю плохо. А иногда вообще не сплю. Ничего не помогает: ни вечерние прогулки, ни мелатонин, ни гигиена сна. Иногда я начинаю считать от миллиона до нуля. Раз пять досчитал уже точно. Думаю, пора поднимать ставки. Зайдя на маркетплейс, я долго выбирал то, что, по моему мнению, окажет максимальный эффект и позволит мне уснуть сном младенца. Выбирал я по принципу: чем тяжелее, тем лучше. Иногда мне кажется, что это всё комплексы. Знаете, как у некоторых: дом пошикарнее, машина побыстрее, виски постарее… Я же в силу своих материальных возможностей остановился на одеяле. Купил самое тяжелое — двенадцать килограмм. Слава богу, что я перепутал пункты выдачи и решил не ходить, а заказал доставку

Эх, летит время, как болид... Мне сегодня 36, еще немного, и разменяю пятый десяток. Но я не жалуюсь, мне нравится мой возраст. Тем более, учитывая, сколько людей за эти годы прочли то, что я себе там напридумывал в голове. Я искренне благодарен каждому своему читателю за то, что он хотя бы на миг стал частью моего мира и моих фантазий. Пусть даже и в качестве гостя или мимолетного прохожего, который заглянул одним глазком. Спасибо вам всем, дорогие мои. Вы — неотъемлемая часть моей жизни. Я бы хотел в день моего рождения сделать скидку в размере 30% на мои концерты (кроме Владимира и Нижнего Новгорода — там не я заводил билеты). Промокод Днюха. Ну а всем желающим сделать подарок прикладываю карту Сбера: 2202 2054 7644 6072 или на Озон: 2204 2402 1839 0815. Всем огромное спасибо!

Истории деревни Безрадное Наша лодка рассекала воду лесной реки, и лишь удары весел о черную гладь рвали саван ночной тишины, в который был закутан мир вокруг. Дядя Саша с присущей ему угрюмостью смотрел в одну точку за моей спиной, держа наготове заряженный пистолет. Грести, разумеется, пришлось мне — как младшему по званию. Иногда что-то плюхалось неподалеку, и я замечал большие круги, медленно расползающиеся по воде. — Увидишь голую женскую грудь — даже не вздумай сбиваться с курса, — строго предупредил меня начальник. — Сейчас сезон нереста, русалки не будут разбираться, с хвостом ты или без. Утащат на дно и сделают так, что никакими алиментами потом не отделаешься. Я тревожно кивнул и стал грести интенсивнее, хотя сам то и дело косился на круги, мечтая увидеть запретное хотя бы одним глазком. Вскоре дядя Саша скомандовал взять левее, потом сказал, что правильное лево всегда со стороны начальства, и приказал сбавить ход. Мы приближались к берегу, поросшему неровной бородой камыша.