Гастрономическая Шизофрения

Приветствую, друзья! Сегодня мы вскроем мохнатый шарик, который в народе называют киви, и выясним, что это такое на самом деле. Спойлер: это не фрукт в привычном смысле, а ягода. Та самая ягода, как смородина или крыжовник, только размером с кулак и покрытая шерстью, словно лишайный ковер. И да, сейчас мы узнаем, как этот пушистый пришелец из Китая умудрился стать главным секретным оружием шашлычников и одновременно объектом ненависти всех, кто хоть раз пытался его почистить. Начнем с разоблачения. Киви родом вовсе не из Новой Зеландии, как думает большинство обывателей. Его родина - Китай, где он веками рос в диком виде под именем ян тао, что переводится как солнечный персик. Местные жители ели его, но особо не ценили. Ситуация изменилась в начале двадцатого века, когда новозеландская учительница Изабель Фрейзер привезла семена в Новую Зеландию. Там растение прижилось, плоды стали крупнее и слаще, а в 1959 году произошло великое переименование. Китайский крыжовник, как его тогда назыв

Приветствую, друзья! Сегодня мы разберем величайшее кулинарное преступление двадцатого века, за которое одних благодарят, а других проклинают до сих пор. Речь пойдет о человеке, который додумался положить ананас в пиццу. Итальянцы при упоминании его имени хватаются за сердце, а половина мира с аппетитом жует гавайскую пиццу, даже не подозревая, что к Гавайям она имеет такое же отношение, как борщ к Австралии. Преступником, гением или безумцем - называйте как хотите - был грек по имени Сотириос Панопулос, для друзей просто Сэм. В 1954 году он, двадцатилетний юнец с амбициями Наполеона и карманами, набитыми надеждой, эмигрировал из Греции в Канаду. Вместе с братьями он открыл несколько ресторанов в провинции Онтарио, в том числе заведение под названием Сателлит в городе Чатем, где подавали бургеры, китайскую еду и пиццу - тогда еще диковинку для канадской глубинки. Именно там, в 1962 году, произошло то, что итальянцы до сих пор считают покушением на основы мироздания. Сам Панопулос в ин

Приветствую, друзья! Сегодня мы с вами погрузимся в мир, где библейская кара превратилась в уличный снэк. Речь пойдёт о саранче, которую на Западе воспринимают как восьмую казнь египетскую, а в Поднебесной — как хрустящую закуску к пиву. И да, это очередная история о том, как азиатская кухня смотрит на наши гастрономические страхи, словно на детский лепет, и превращает их в обжаренное золото. Начнём с того, что Китай и саранча — это многовековой роман, полный драмы. Испокон веков нашествия этих насекомых сметали урожаи, обрекая целые провинции на голодную смерть. И вот, в какой-то момент, очередной измождённый крестьянин, глядя, как туча прожорливых тварей пожирает его рисовое поле, не выдержал и воскликнул что-то вроде: «Ах так? Ну теперь вы сами станете ужином!». В этом нет преувеличения: историки считают, что привычка есть саранчу родилась именно из отчаяния. Но то, что начиналось как акт возмездия, довольно быстро превратилось в кулинарную традицию, ведь китайцы лучше всех умеют п

Приветствую, друзья! Сегодня мы вскроем пакет с крупой, которая стала для русского человека не просто едой, а культом, валютой и кризисным утешением. Это гречка. И первый вопрос, которым задается каждый иностранец, увидев наши забитые ею полки: почему она так называется и имеют ли к этому отношение греки? Название крупы - это исторический детектив, где главный подозреваемый - Византия. Гречка на Руси появилась примерно в VII-X веках. По одной из версий, первыми сеять ее начали греческие монахи при монастырях. Славяне, не мудрствуя лукаво, окрестили новую культуру гречкой, то есть греческой крупой. Наши предки вообще не утруждали себя сложными этимологическими изысканиями: раз завезли из Греции - значит, будет гречкой. Сама же гречиха родом не из Эллады, а с горных склонов Гималаев. Там, на высоте более трех тысяч метров, до сих пор можно встретить ее диких предков. Сначала гречку окультурили в Китае и Корее, затем она попала в Японию и только потом, через арабский мир и Византию, добра

Приветствую, друзья! Сегодня мы снимем с полки банку с загадочной зеленой наклейкой и выясним, сколько на самом деле стоит ваше право есть пищу, благословленную муфтием. Маркировка Халяль — это не просто буквы на упаковке, а целая индустрия с миллионными оборотами, где вера встречается с бизнесом, а ваш кошелек незаметно спонсирует религиозные организации, о существовании которых вы, возможно, даже не подозреваете. Тема, на самом деле, очень глубока, но я разберу ее поверхностно. Свое личное мнение на этот счет оставлю при себе, так как… ну все всё понимают. Подписывайтесь на канал в МАХе Стоимость сертификации для производителя выглядит как скромная инвестиция. Базовый сертификат на один вид продукции обойдется примерно в 15-30 тыс. рублей в год . Если же речь идет о полном аудите производства с выездом экспертов-богословов и химическим анализом, прайс взлетает до 150 000 рублей и выше . Цена вопроса — как плохонький подержанный автомобиль, только этот автомобиль не ездит, а просто

Приветствую, друзья! Сегодня мы с вами погрузимся в пучину ферментированного патриотизма и выясним, что такое квас на самом деле и почему "приличный" Запад до сих пор не выстроился в очередь за нашей национальной гордостью. Квас - это не просто напиток. Это жидкая история и гастрономический тест на русскость, который европейцы проваливают с таким же треском, как мы - их тест на толерантность к мужикам в платьях с бородой. Итак, поехали, но прежде не забудьте подписаться на канал в МАХе. Квас - это продукт двойного брожения: молочнокислого и спиртового. Звучит как описание чего-то запрещенного, но на деле это просто результат работы бактерий и дрожжей над кусочками ржаного хлеба. В промышленном квасе содержание алкоголя колеблется от 0,7% до 1,2%, что позволяет записывать его в безалкогольные напитки, хотя наркологи на всякий случай не рекомендуют пить его за рулем. В домашнем же, деревенском квасе, который бабушка ставила в ведре у печки, градус мог доходить до 4%, и тогда это уже не

Приветствую, друзья! Сегодня мы с вами вскроем корешок, от которого даже у самых суровых мужиков наворачиваются слезы. Хрен. Скромный, узловатый, похожий на забытый в погребе корень дерева, он обладает мощью, сопоставимой с химической атакой, и характером, достойным отдельного психиатрического диагноза. Мы выясним, что он такое на самом деле, почему его боятся даже вампиры, и за что человечество, обливаясь слезами, продолжает тереть его в банки. Немного отойдя от темы скажу, что хрен от дяди Вани, видимо, не забашлял денег кому надо и перестал быть кошерным. С химической точки зрения хрен - это бомба работающая по тому же сценарию, что и горчица. В цельном корне мирно дремлют два вещества, запертые в разных клеточных отсеках, как враждующие родственники на семейном ужине. Но стоит вам взять терку или нож, как клеточные стены рушатся, и начинается апокалипсис локального масштаба. Короче, тоже самое, что и в горчице (читай в статье про горчицу). Но есть нюанс: в хрене реакция идет стре

Приветствую, друзья! Сегодня мы устроим химический допрос одной из самых коварных приправ в вашем холодильнике. Горчица. Скромная паста, которая притворяется безобидной закуской к сосискам. Но стоит вам набрать щедрую ложку и отправить в рот, как происходит неожиданное: язык молчит, зато нос взрывается фейерверком боли, а из глаз брызжут слезы. Почему горчица атакует не рот, а нос? Кто этот химический диверсант? И за что мы платим ему своей слизистой? Друзья, подписывайтесь на канал в МАХе, там больше интересного контента. Начнем с разоблачения. Главный мучитель в горчице — не капсаицин, как в перце чили (недавно писал про него, почитайте выше), а вещество с аристократическим именем аллилизотиоцианат. Это летучая молекула, которая по своей природе является горчичным маслом. В цельном горчичном зерне ее нет — там мирно спят ее предшественники, глюкозинолаты, и фермент мирозиназа. Они заперты в разных отсеках клетки, как враждующие соседи по коммуналке. Но стоит вам разжевать зерно или

Приветствую, друзья! Давайте погрузимся в тему, которая волнует каждого, кто хоть раз просыпался с мыслью «лучше бы я вчера пил компот». Мы поговорим о том, какой алкоголь наименее вреден для здоровья. Сразу оговоримся: речь пойдет не о поиске волшебного эликсира, а о выборе из двух зол, потому что идеологически верный ответ - «никакой» оставим для плакатов Минздрава бабушек у подъезда. С точки зрения химии, любой алкогольный напиток - это раствор этилового спирта в воде с добавками. И убивает нас в итоге именно этанол. Но, как выяснили ученые, наше тело страдает не только от него, но и от тех самых примесей, которые и создают вкус, цвет и аромат. Главные злодеи, определяющие тяжесть вашего утра, - это конгенеры, или попросту сивушные масла. Это побочные продукты брожения, которые в изобилии содержатся в темных и выдержанных напитках. Исследование американского ученого Дамариса Роузенау показало, что бурбон содержит в 37 раз больше токсических соединений, чем водка. Коньяк и бренди -